Страница 8 из 12 Первая 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 Последняя
Показано с 71 по 80 из 113
Like Tree3Likes

Тема: Прорабская

  1. #71
    Резидент
    Регистрация
    27.10.2011
    Адрес
    California
    Сообщений
    92
    Спасибо
    0
    Сказали 629 раз в 77 постах

    Re: Прорабская

    Стив, американец в четвёртом поколении, являлся типичным представителем молодой современной Америки. Он занимался спортом, не курил, практически не пил и очень любил себя и деньги.

    “Ты должен откладывать 30, a ещё лучше, 40 процентов своей зарплаты. Ты должен обеспечить себе старость”, - постоянно твердил Стив, когда мы беседовали с ним о капитализме, о коммунизме и вообще, об экономике.

    “Стив”, - спрашивал я, - “Ну, а красиво пожить? Я ведь из России. У нас ничего такого не было. Мне всего хочется. Bот, ты например: у тебя есть квартира, но ты в ней не живёшь, а сдаёшь её. Я не понимаю…”.

    “Я купил квартиру не для того, чтобы в ней жить, а как “investment”, как вложение денег”, - отвечал Стив, когда мы пообедали каким-то непонятным сладким мясом в китайском ресторанчике и возвращались назад в компанию, - “Человек, который сейчас в ней живёт, платит мне больше, чем я плачу банку. Мне это выгодно. А я живу с “roommate” и это мне тоже выгодно, так как я очень мало плачу за комнату”.

    “А машина?”, - продолжал я спрашивать приятеля, - “Твоей машине уже лет 20. На неё без слёз не взглянешь. Ты же можешь позволить купить себе новую”.

    “Могу”, - Стив был предельно чёток, - “но для этого надо денег много потратить, а я не хочу этого делать. Машина же пока ездит… Я тебе больше скажу. Моя мать живёт одна в большом доме. Я с ней не в очень хороших отношениях, но она завещала дом мне. Вот она умрёт, я дом и продам. Вот тогда и заживём красиво…”.

    “Когда это будет?”, - спрашивал я экономного и расчётливого Стива.

    “Будет, будет…”, - и было видно, что он очень уверен в своём “правом деле”, - “Вот, поэтому надо заниматься спортом, не пить и не курить”.

    Я не понимал его и продолжал спорить: “Я согласен с тем, что курить вредно, да и водкой можно печень посадить, но ведь жизнь проходит…”.

    Стив обычно меня перебивал: “Вся жизнь не пройдёт, что-нибудь нам да останется. Надо просто дольше жить. А для этого знаешь, что надо делать?”.

    “Знаю, знаю…”, - тоскливо отвечал я, - “Hе пить, не курить и спортом заниматься”.

    “Правильно”, - радовался Стив, - “и ещё 30 процентов зарплаты откладывать”.

    Я продолжал не понимать его, но задавать вопросы как правильно жить в Америке перестал.

    Однажды Стив обратился ко мне: “Ты знаешь, что я занимаюсь парапланеризмом”.

    “Нет”, - кратко ответил я, - “Hе знаю”.

    “А что это такое, тоже не знаешь?”, - удивлённо спросил Стив, широко раскрыв глаза.
    В голове у него не укладывалось, как можно не знать, что такое “парапланеризм”.

    “Нет”, - продолжал я мотать головой.

    “Хорошо”, - Стив тяжело вздохнул, - “Сегодня - пятница. Я завтра еду в Монтерей, тренироваться. Хочешь поехать со мной. Я покажу тебе, как это делается и дам попробовать”.

    “Да, да… конечно хочу”, - согласился я, - “C удовольствием попробую полетать с планером”.

    “Это не совсем планер. Hу, я покажу тебе, что это такое. Надо только приехать пораньше. Мы должны быть в Монтерее уже в 10 часов утра. Там есть отличные песчаные холмы, с которых очень удобно прыгать. Ты сможешь приехать во время?”, - уточнил он.

    “Нет проблем!”, - радостно воскликнул я, - “Где встречаемся? Назови место и я буду точно в назначенное время”.

    Стив не ожидал от меня такой быстрой и радостной реакции. Он запнулся, но быстро ответил: “В Монтерее есть только один магазин “Tower records”. Там можно выпить кофе и подождать, если кто-то на немного опоздает. Встречаемся в этом магазине. Договорились?”.

    “Да. Завтра в 10 часов”, - уточнил я, и мы разошлись по своим делам.

    На другой день, предвкушая интересные воздушные приключения, рано утром я как ненормальный гнал машину по Первому фривею в сторону Монтерея. Удачно избежав встречи с американскими гаишниками, которые обязательно бы поинтересовались, почему я с такой скоростью мчусь по дороге (вряд ли я бы смог объяснить им свои 95 миль в час), ровно в 10 часов утра я уже парковался недалеко от входа в магазин, который был местом нашей встречи.

    Я не успел допить вкусный кофе в маленьком баре внутри “Tower records”, как в 10:15 увидел Стива, который ошпаренный котом влетел в магазин и стал дико озирался, очевидно, пытаясь обнаружить меня. Я поспешил к нему на помощь.

    “Эй, Стив! Я здесь”, - замахал я руками, - “Сижу и жду тебя”.

    Стив, скорчил, что-то похожее на улыбку и подошёл. Он поздоровался и тоже заказал себе кофе.

    Как только девушка в баре приготовила Стиву его любимый “капуччино”, oн разговорился, шумно прихлёбывая из кофейной чашки: “Мой русский друг, я с удовольствием расскажу тебе, что такое парапланеризм”.

    Я, продолжая оставаться в состоянии первооткрывателя воздушного пространства, отодвинул кофейную чашечку и определился: “Весь во внимании”.

    “Парапланеризм удивительный спорт”, - стал объяснять Стив, начав рассказ от “воздушной печки”, - “Он считается самым простым и наименее дорогостоящим воздушным видом спорта. Ты же знаешь мои принципы?”.

    Спросив про свои “бессмертные” принципы, Стив, разумеется, замолчал и стал ждать моего ответа.

    За месяц совместной работы со Стивом я уже хорошо разобрался в простых принципах своего расчётливого товарища, поэтому не задержал его с ответом: “Конечно, я знаю твои принципы. Они мне очень нравятся, но продолжай рассказывать дальше. Очень интересно!”.

    Он довольно кивнул головой, отпил кофе и возобновил, ранее прерванный, “курс молодого воздушного бойца”: “На самом деле прелесть парапланеризма состоит в том, что можно одновременно чувствовать себя птицей, парящей в небе и лётчиком испытателем, который испытывает новое летательное средство. Ты можешь подъехать к ближайшему подходящему холму или обрыву, и когда будет нужный ветер, раскрыть свой параплан, сделать несколько шагов и взмыть вверх, как птица, на множество минут или даже часов. Почувствовать вкус свободного полёта, полетать немного и потом спокойно приземлиться. Затем свернуть параплан и возвратиться домой, как раз к показу своего любимого телесериала. Тебе не надо для этого быть атлетом”, - он внимательно оглядел меня.

    Я внутренне напрягся, развернул свои не очень богатырские плечи, но заинтересованно промолчал.

    Стив утвердительно кивнул и продолжил: “Достаточно обладать нормальным здоровьем и желанием. Всё оборудование помещается в рюкзак, который, легко закинув за плечи, можно иметь при себе, где бы ты не был, так как весит параплан не более 18 фунтов…”.

    Я всё же не удержался и перебил: “18 фунтов? Ты это серьёзно?”.

    “Я совершенно серьёзно”, - медленно и с расстановкой ответил Стив, - “И при таком маленьком весе площадь его крыла около 300 квадратных футов. С парапланом человек полностью автономен и независим. С небольшим рюкзаком на спине можно выйти полетать на ближайший холм или поехать на другой конец Земли, и везде параплан подарит тебе ощущение радости и новое познание мира. Ведь ты уже оторвался от бренной земли и паришь как птица. Ты свободен… Понял?”.

    “Понял!!”, - заорал я прямо в магазине, чуть не перевернув кофейную чашку – “Полетели!!”.

    Стив довольно засмеялся, допил кофе и пошёл к выходу. Я вприпрыжку семенил следом за ним. Мы вышли из магазина, и подошли к машине Стива. Он открыл свой старый потрёпанный додж “Караван” и достал из него среднего размера рюкзак. Такой, о котором только что рассказывал. Затем аккуратно одел его себе за спину, затянул ремень на груди и выдал: “Машины оставим на этой парковке, за три часа с ними ничего не случится. Пошли, полетаем”.



    Мы дружно развернулись и двинулись к ближайшим песчаным холмам, которые были расположены с правой стороны дороги.

    Воздушное приключение началось.

    Через полчаса мы взобрались на вершину довольно высокого холма.

    “Давай, я покажу тебе как одевать параплан, и ты полетишь первый. Это очень просто”, - улыбаясь, предложил мне Стив, a я вдруг неожиданно засомневался.

    Мы стояли на вершине холма. Строго на юго-запад с него открывался великолепный вид на океан. Океан казался безбрежным. Тяжёлые свинцовые волны с пенистыми гребешками бились практически у подножия, и смельчак, который захочет взлететь с этой стороны, через несколько секунд окажется над океаном. Мой первоначальный восторг, совершить воздушный полёт, заметно поубавился.

    продолжение следует...

  2. Эти 6 пользователи сказали Спасибо Прораб за это сообщение::

    andrewb (12.12.2011), nazik (13.12.2011), RonX (16.12.2011), seaeagle (06.01.2012), Steel Wolf (12.12.2011), Тата1973 (14.12.2011)

  3. Бронирование Отелей в США
    Circuit advertisement
    Регистрация
    Always
    Адрес
    Advertising world
    Сообщений
    Many




     

  4. #72
    Резидент
    Регистрация
    27.10.2011
    Адрес
    California
    Сообщений
    92
    Спасибо
    0
    Сказали 629 раз в 77 постах

    Re: Прорабская

    “А если я в воду грохнусь?”, - с опаской переспросил я Стива, который в это время вытащил из рюкзака параплан и аккуратно раскладывать его составные части.

    “Посмотри вокруг”, - ответил Стив, оторвавшись от своего дела.

    Он показал рукой на пролетавших в небесах парапланеристов. Их яркие разноцветные крылья на фоне синего неба, жёлто-белых холмов и зелёных сосен Монтерея смотрелись удивительно красиво. Парапланы легко и свободно парили в воздушных потоках. Зрелище было просто изумительное.

    “Смотри внимательно”, - показывал Стив, - “Никто в воду не падает. Почему же ты упадёшь?”.

    Сразив меня таким железным доводом, и не услышав вразумительного ответа, Стив принялся заканчивать подгонку строп и ремней.

    Через несколько минут он полностью подготовил параплан к полёту: “Хорошо. Я полечу первый, а ты внимательно смотри, как это делается. Ничего трудного здесь нет. Я немного полетаю и вернусь. Будь готов”.

    Я уверенно закивал головой, радуясь этой небольшой отсрочкой. Бесстрашный полёт временно откладывался. Стив одел на себя “сбрую” и приготовился взлетать. Он махнул мне рукой, застегнул шлем и быстро побежал вниз с холма. Стив не пробежал и 20 метров, как вдруг легко взмыл в воздух. Он подёргал какие-то тросики и уже через пару минут парил над океаном.

    “С ума сойти как просто”, - показалось мне.

    Как оказалось в дальнейшем, это была большая ошибка.

    Через десять минут Стив прилетел назад. К моему удивлению он прилетел именно туда, откуда улетал. Стив, немного похожий на настоящего американского Карлсона, снял с себя всю экипировку и принялся готовить к полёту меня - своего дублёра - космонавта номер 2. Он навесил на меня “параплановую сбрую”, пристегнул плечевые ремни с крылом и стропами и стал объяснять основы пилотирования, тщательно затягивая все ремни и проверяя страховочные верёвки: “Потянешь за левую петлю стропы - полетишь налево. Потянешь за правую петлю - полетишь направо. Потянешь обе стропы сразу - полет замедлится. Это применяется, когда надо будет тормозить, если захочешь мягкой посадки…”.

    “А что, приземления бывают не мягкие?”, - испугано переспросил я.

    “Бывают, но очень редко. Слушайся меня и всё будет хорошо”, - уверенно ответил Стив.

    Я успокоился, но только на несколько минут.

    Стив ещё раз внимательно всё проверил: “Ты готов. Mожешь лететь”.

    “А как прилететь назад?”, - я задал вопрос.

    Несколько минут уверенности в простоте парапланеризма прошли. Я опять засомневался, правильно ли я сделал, что захотел отправиться в свободный полёт.

    “Если ты не будет предпринимать никаких действий, чтобы сохранить высоту, то неминуемо рано или поздно окажешься внизу. Даже не волнуйся. Всё… побежал”, - скомандовал Стив.

    И я побежал. Через 30 метров бега по склону холма (а побежал я на пологому склону холма в противоположную от океана сторону) какая-то гигантская сила схватила меня, орущего как ненормального, и зашвырнула в небо. Правда, не высоко, метров на десять. Поболтавшись немного в воздухе, я к своему великому удивлению, мягко и легко приземлился на ноги. С изумлением на лице я оглянулся на своего учителя Стива. Тот валялся на земле и ржал как ненормальный.

    “Получилось, получилось”, - кричал я, - “Попробую ещё раз”.

    Стив от смеха говорить уже не мог. Он только махал руками. Я повернулся и опять побежал. На этот раз меня тряхнуло сильнее и подбросило повыше. Я даже пролетел метров пятьдесят. В этом коротком полёте я с испугу, который не проходил, а только возрастал, потянул за все петли одновременно. Полёт мгновенно прервался, и я вернулся на грешную землю. Удивительно, но я совершил мягкую посадку по всем правилам пилотирования. Как только мои ноги коснулись твёрдой земли, страх немного прошёл.

    “Летал, летал!”, - вопил я как ненормальный, пытаюсь отстегнуться от многочисленных ремней, но только больше запутывался в них.

    Стив наконец-то успокоился от истерического смеха, который его колотил уже несколько минут и подошёл ко мне. В три секунды он отсоединил меня от параплана и весело спросил: “Понравилось? Ещё полетишь? У тебя хорошо получается”.

    Стив явно льстил, но мне было очень хорошо, чувствовал себя воздухоплавателем со стажем.

    “Мне понравилось, Стив”, - ответил я с достоинством (мои ноги и руки перестали панически дрожать, a сбившееся дыхание восстановилось), - “Но пока воздержусь от дальнейших полётов. Полетай сам”.

    Стив понимающе кивнул и стал натягивать на себя снаряжение.

    Через 10 минут он уже летел над великим океаном как гордый американский орёл, распевая неизвестную мне боевую песню неба. Американский орёл сделал круг над нашим холмом и спокойно полетел на северо-запад. Скоро Стив превратился в маленькую крылатую фигурку, как бы сидящую на стуле и я перестал за ним наблюдать. Я комфортно разлёгся на запасном крыле параплана и принялся смотреть на бесконечный океан.

    Громадина океана завораживала, притягивала и одновременно успокаивала. Волны, их рокот, с которым они накатывались на берег, создавали какую-то спокойную уверенность. А на высоте песчаного холма, эта уверенность трансформировалась в удивительное хорошее настроение.

    “Я шагнул в бездну необъятного воздушного пространства”, - восторженно говорил я сам себя, - “я летал, а это дано не каждому”.

    Но что-то “очень честное” внутри меня перебило патетический монолог и язвительно заговорило: “Ты только попробовал полетать и не больше. Ничего особенного в этом нет”.

    Я пытался не слушать этот правдивый внутренний голос и лёжа на куске парашютного шёлка, продолжал петь себе “Осанну”: “Я был свободен! Свободен! А испытание высотой и свободой всегда было одно из самых сильных испытаний. Непередаваемое, восхитительное ощущение свободного полёта под крылом параплана”.

    “Назвать пробежку вдоль песчаного холма - полётом, о-о-о-о-о-очень трудно”, - опять услышал я дурацкие внутренние комментарии, - “а уж “полётом под крылом параплана” - тем бoлee”.

    Пока шла эта напряжённая внутренняя “борьба - беседа”, прилетел Старший воздухоплаватель, мистер Стив. Он аккуратно приземлился, отцепился от параплановых пут, попил водички из заранее припасённой бутылки и заботливо спросил: “Хочешь полетать ещё?”.

    “Нет, нет… Спасибо тебе, мой американский друг”, - медленно ответил я, - “На сегодня достаточно. Ты не обращай на меня внимание, летай сам. А я буду наслаждаться земными прелестями. Океан, пляж, солнышко… мне очень хорошо”.

    Стив согласился, кивнул головой, ещё раз хлебнул водички и стал готовиться к новому полёту. Когда он уже полностью надел на себя параплан и приготовился взлетать, я предупредил: “У нас ланч в 3 часа. Не опаздывай”.

    “ОК… OK”, - заорал он уже на бегу.

    Аэродинамическая сила подхватила американского парапланериста, приподняла и стремительно понесла ввысь. А я продолжал расслабляться на берегу океана и как морячка ждал возвращение приятеля к обеду.

    “Рождённый ползать… уйдите с взлётной полосы”.

    Стив не опоздал и в 3 часа мы уже перекусывали на той же “плазе”, где оставили свои машины.

    “Ты потом куда?”, - спросил Стив, когда мы уже практически закончили обед.

    “Домой поеду, устал что-то”, - ответил я, - “Да и “date” у меня c девушкой на сегодняшний вечер запланирован. Надо успеть привести себя в порядок. Голова совсем поехала от этих полётов”.

    “Будешь рассказывать, как ты летал?”, - ухмыляясь, спросил он.

    Я кивнул головой и ответил: “Да уж, рассказу ей, что редкая птица долетит до середины Днепра…”.

    “Что? Что?”, - переспросил Стив, явно не поняв.
    Гоголя в школе он определённо не читал.

    “Да, “never mind”, - ответил я напарнику по полётам.

    “OK”, - засмеялся сегодняшний герой Стив, начинавший уже привыкать к моему англо-русскому языку, - “Good luck” тебе. A я сейчас в “джим” пойду, немного разомнусь”.

    “А ты что, домой не вернёшься? Здесь до завтра останешься?”, - удивлённо спросил я Стива, - “Ты себе гостиницу заказал?”.

    “Мне гостиница не нужна. Я в спортклубе приму душ”, - ответил он, - “в машине переночую, и завтра опять полетаю. Зачем мне два раза машину гонять и бензин зря тратить. Ты же знаешь мои принципы?”.

    “Зная, знаю… очень хорошо знаю”, - засмеялся я, - “и начинаю их понимать”.

    Теперь уже засмеялся Стив.

    Мы закончили обед, вышли из ресторанчика и попрощались как воздухоплаватель с воздухоплавателем. Я, переполненный происходящими событиями, отправился домой, готовиться к свиданию, а великий американский парапланерист Стив направился в “джим” качаться, чтобы увеличить свой жизненный срок проживания на земле.

    “Каждому своё”.
    terri likes this.

  5. Эти 9 пользователи сказали Спасибо Прораб за это сообщение::

    andrewb (12.12.2011), Kontrabas (20.12.2011), nazik (13.12.2011), RonX (16.12.2011), seaeagle (06.01.2012), Steel Wolf (12.12.2011), terri (29.11.2014), ziv (21.12.2011), Тата1973 (14.12.2011)

  6. #73
    Резидент
    Регистрация
    27.10.2011
    Адрес
    California
    Сообщений
    92
    Спасибо
    0
    Сказали 629 раз в 77 постах

    Re: Прорабская

    Ещё одна американская зарисовка - Глава 2. “ Начало”

  7. #74
    Резидент
    Регистрация
    27.10.2011
    Адрес
    California
    Сообщений
    92
    Спасибо
    0
    Сказали 629 раз в 77 постах

    Re: Прорабская

    Глава 2. “ Начало”

    “Tы очень вовремя приехал”, - неожиданно громко начала разговор двоюродная сестра моего дяди Марка - Тамара, когда мы отяжелевшие от обильного угощения, отвалились от её хлебосольного стола и уютно расположились в мягких креслах в так называемой “а-ля курительной комнате”.

    Посещение Тамариного дома входило в обязательное мероприятие, список которых дядька Марк составил ещё до моего приезда. Оно было не менее важно, чем посещение официального офиса Social Security Administration (SSA), который должен был предоставить мне необходимую SSC карточку, без которой невозможно легально существовать в Америке.

    Эту Social Security Card (SSC) - карточку размером с половину ладони, из плотной бумаги, на которой указан твой персональный номер, требуют обязательно предъявить работодателю при приёме на работу. По этому номеру со всех заработанных денег каждого гражданина США взимаются налоги в пользу бюджета страны, а с налогами американцы не шутят. Неуплата налогов есть одно из самых серьёзных преступлений в Америке. Поэтому, когда Марк поставил дом Тамары и получение SSC на одну доску, я немного опешил. Но всё оказалось не так страшно.

    Тома, так она просила себя называть, оказалась очаровательной, остроумной дамой бальзаковского возраста, ранжир которого никто точно не знал. Ну, а если кто и знал или догадывался, то уж определённо никогда бы не осмелился высказать его в присутствии Тамары Иосифовны. Очевидно, только в офисе SSA, где мне выдали Social Security Card, официальные представители оного могли “слить” правдивую информацию о её возрасте, но, поскольку эта информация была строго засекречена, жизнерадостная тётя Тома оттягивалась в Америке по полной “безвозрастной” программе.

    Кстати, рачительные капиталисты сделали то, что хотели сделать коммунисты Страны Советов, а именно зарегистрировать и оприходовать каждого гражданина для последующего контроля за ним. Последователи Ленина с очередной “архиважной” задачей не справились, очевидно, в виду хронического отсутствия денег и должной настойчивости, а вот американцы-капиталисты напротив - справились очень успешно и теперь вся информация о владельце номера, которая была записана в его “деле” мгновенно могла появляться на экране компьютера, если тобой заинтересовался кто-нибудь из “власти имущей”. Все твои грехи и достижения следовали за тобой и твоим SSC всю жизнь. Kапиталистический полный тотальный контроль!

    Но вернёмся к тёте Томе.

    “Тамара баба умная, толковая. Oна в Америке давно, уже больше 20 лет. Может, что и подскажет тебе, зелёному эмигранту”, - объяснял мне Марк.

    Я не возражал. Одна голова хорошо, две - определённо лучше…

    И вот курительная комната в доме у Тамары. На низком красивом стеклянном журнальном столике стояла початая бутылка французского коньяка XO, коробка с печеньем и блюдечко с аккуратно нарезанным лимоном.

    Я вздрогнул от резкого прокуренного голоса многоопытной родственницы. Молча, поставил на столик рюмку с коньяком, которую грел в руке, и удивлённо посмотрел на неё.

    “Уже прошло три недели, после моего приезда в Америку, а большого ажиотажа в связи с этим я что-то не заметил. Никто не поздравляет меня и не несёт цветы с подарками”, - проницательно и удивительно точно прочитала Тамара в моих глазах.

    Она коротко хохотнула, кивнула головой и уверенно уточнила: “Нет, нет. Это истинная, правда. Tы очень вовремя приехал”.

    Я продолжал вопросительно глядеть на неё, совершенно не понимая, что она имеет ввиду.

    Тамара, молча, закурила очередную длинную тонкую чёрную сигарету, глубоко затянулась и спокойно пояснила: “То сильное землетрясение, которое произошло у нас совсем недавно, тебе обязательно поможет”, - и она тут же уточнила, - “Ведь ты по профессии строитель?”.

    Задав этот вопрос, Тамара опять замолчала, продолжая выпускать дым. Дым в этот раз превратился не в дымовой цилиндр как в прошлый раз, а в три кольца, которые неторопливо стали подымались вверх.

    Я заинтересованно взглянул на вычурный сигаретный дым и с запозданием ответил: “Да… инженер-строитель. Работал на стройках Москвы 10 лет”.

    Тётка явно издевалась. Так как следующая её фраза развеяла все мои вспыхнувшие надежды сразу начать работать в Америке по специальности.

    “Вот я и говорю”, - уточнила она, - “Раз ты дома строил, значит, вазу или тарелку склеить сумеешь?”.

    “Ну, наверно сумею”, - тоскливо ответил я, уже заранее понимая, что последует за этим вопросом.

    “Очень хорошо. Я сейчас позвоню своей приятельнице Ольге, и мы устроим тебя на первую работу в Америке”, - Тамара выпустила очередное дымовое кольцо, - “У моей приятельнице есть небольшая реставрационная мастерская. После недавнего землятресения в домах разбилось огромное количество посуды, и американцы резво потащили к ней в мастерскую сумки с черепками. Её работники не справляются с заказами, и она ищет дополнительных помощников. Я с ней свяжусь, и она определённо возьмёт тебя на работу. А так как платить Ольга будет наличными, то про твою подработку никто не узнает. Можешь спокойно участвовать во всех эмигрантских программах…”.

    Я посмотрел на Марка, тот довольно улыбаясь, одобрительно кивал головой. Ему определённо нравилась идея его двоюродной сестры.

    “Ну, хорошо”, - медленно ответил я, - “Подзаработать немного денег никогда не помешает. Я согласен”.

    “Давай привыкай. У нас в Америке любой труд в почёте”, - улыбаясь, проговорила Тома, - “Я позвоню Ольге, затем перезвоню тебе. Уверена, что всё будет хорошо, - и через паузу добавила, - “Ещё кофе?”.

    “Нет, спасибо”, - ответили мы с Марком одновременно, - “Будем собираться домой”.

    Поздно вечером, когда я уже практически засыпал на письменных упражнениях по английскому языку, раздался телефонный звонок. Это звонила Тома.

    “Я договорилась…”, - затарахтела она в телефонную трубку, - “Ольга тебя ждёт у себя в мастерской завтра в 9 часов утра. Записывай адрес…”.

    Потратив ещё какое-то время на правильный “спеллинг” я записал адрес мастерской и закончил разговор.

    “Я никогда вазочки не клеил. Kак у меня это получится?”, - мелькнула мысль, когда я уже засыпал, но ответ так и не пришёл.

    “Завтра… завтра”, - просигналила за окном полуночная машина, и я провалился в сон, - “Завтра так завтра”.

    На следующий день, ровно в 9:00 я входил в реставрационную мастерскую госпожи Ольги. Мастерская находилось в деловом районе Большого Лос-Анжелоса на улице “La Brea”. Одноэтажное, отдельно стоящее небольшое здание с плоской крышей, окрашенное жёлто-серым ординарным цветом, ничем не выделялось от соседних, и только подойдя поближе я увидел “изюминку” - совершенно уникальную входную дверь, выполненную из старого тёмного дуба и искусно покрытую изящно вычеканенными узорами из сияющей бронзы. Дверь определённо давала понять всем входящим, что за такой роскошью скрываются и другие, не менее интересные вещи. Что и оказалась истинной правдой…

    Когда я робко вошёл в мастерскую, вздрогнув на мелодичный звон входного колокольчика, просигналившим о моём приходе, мне показалось, что я попал в старый заброшенный музей. Меня окружали различные скульптуры с отломанными головами, руками и ногами, сломанные и перекошенные картинные рамы, многочисленные фанерные коробки с соломой, из которых выглядывали огромные, частично расколотые вазы. И это музейное впечатление завершали длинные стеллажи вдоль стен, заставленные всевозможными разбитыми кусками тарелок, вазочек и статуэток. Впечатление было ирреальное – кунсткамера Петра Великого, по которой недавно прошёлся небольшой слон. Три работника мастерской, которые за своими столами восстанавливали разбитую красоту, почти полностью растворились в этом красочном беспорядке.

    продолжение следует...

  8. Эти 6 пользователи сказали Спасибо Прораб за это сообщение::

    andrewb (14.12.2011), nazik (15.12.2011), seaeagle (06.01.2012), Steel Wolf (14.12.2011), ziv (21.12.2011), Тата1973 (14.12.2011)

  9. #75
    Резидент
    Регистрация
    27.10.2011
    Адрес
    California
    Сообщений
    92
    Спасибо
    0
    Сказали 629 раз в 77 постах

    Re: Прорабская

    Госпожу Ольгу невозможно было не узнать. Солидная дама с причёской – “Вавилонская Башня” сидела за отдельным столом в углу комнаты и с одухотворённым лицом начальницы творила бессмертное.

    Когда я подошёл поближе, то увидел, что она осторожно подкрашивает огромную тарелку-блюдо. Умелая рука Ольги, аккуратно нанося краску маленькой тонкой кистью на паутину трещинок, возвращала к жизни старинное прабабушкино блюдо. Я засмотрелся на её работу…

    “Это ты, Игорь?”, - спросила она, не прекращая работу и появилась уверенность, что Ольга разглядывает меня затылком. Я удивился такому пронзительному рентгеновскому затылку и кратко ответил: “Да”, пытаясь понять, почему мне так показалось.

    Oбьяснений не было. Ольга закончила работу по раскраске, отложила блюдо в сторону и, подымаясь со стула определилась: “Пошли в офис, там поговорим”.

    Я согласно кивнул и пошёл вслед за ней по направлению к маленькой комнатке, отгороженной от основного помещения стеклянной стеной с дверью.

    Комната была пуста. Полуопущенными белые жалюзи наглядно это демонстрировали.

    Мы зашли в Ольгин офис и не успел я удобно устроиться на мягком вертящимся стуле, как с места в карьер получил деловое предложение: “Мне нужен работник, который будет аккуратно…”, - Ольга замолчала и после небольшой паузы, пристально глядя в глаза острым глазом художника, добавила: “Я подчёркиваю… очень аккуратно собирать и склеивать разбитые предметы. Подкрашивать их не надо. Нужно только клеить. Ты можешь приходить в любое время... ну, естественно, когда кто-нибудь есть в мастерской. Cделаешь всё то, что мы с тобой запланировали и можешь быть свободен. Платить я тебе буду 5 долларов в час наличными. Ни каких налогов, все деньги твои. Согласен?”.

    Я помолчал для солидности и свою очередь спросил: “А как мне часы считать? Ведь надо аккуратно клеить, тут торопиться нельзя. Нас клиенты не поймут”.

    Ольга звонко рассмеялась, внимательно посмотрела и уточнила: “Правильно мыслишь. Не зря тебя Тома хвалила. Работай аккуратно. Сколько часов на работу потратишь, за столько я и заплачу. Договорились?”.

    Я кивнул головой, покачался на стуле и задал главный вопрос: “A когда можно приступать?”.

    “Завтра”, - ответила Ольга, - “Вон твой рабочий стол. Я тебе всё приготовлю. Приходи завтра в 12 часов и начинай работать”.

    “B 12 не могу”, - возразил я, - “У меня школа… английский учу”.

    “Можешь рано утром, мне всё равно, когда ты будешь начинать”, - спокойно согласилась Ольга и повторила, - “Лишь бы дело делалось”.

    “Тогда договорились”, - обрадовался я, и по-военному козырнул, - “Надеюсь оправдать полученное доверие”.

    Ольга хмыкнула, пожала мне руку и пошла, докрашивать своё блюдо, а я довольный поехал домой. Ольга и её мастерская мне понравилась.

    “Работать с ней можно, а с черепками справлюсь”, - подумал я и ввернул английский афоризм, - “No big deal”.

    И действительно, я быстро освоил совсем не трудную технологию и через неделю уже вовсю клепал тарелки и вазочки. Сам процесс склеивания был не труден. Сложно было правильно собрать из кучи разноцветных черепков саму вещь. Oсновное время тратилось именно на процесс сборки. Но мне такая работа нравились, и я был только рад тем многочисленным фарфоровым и “парцелановым” “паззлам”, которыми меня заваливала Ольга. Она платила исправно, а гибкий график работы не мешал мне прилежно ходить в школу учить английский.

    Кстати о школе, куда я регулярно ходил с несбыточно-призрачной надеждой – “призрачно всё в этом мире, бушующем” - в совершенстве овладеть Английским языком.

    Каждому официально-легальному эмигранту от Американского правительства был положен “Грант” на учёбу, что-то около 7.000 баксов, которых хватало примерно на три месяца обучения. Предприимчивые Лос Анжеловские учителя организовали небольшую частную школу, зарегистрировали её в штате Калифорния и стали обучать английскому языку всех тех, на которых распространялась эта халявная “манна небесная”. Довольны были все. Школа получала стабильные денежные вливания, учителя получали зарплату, а эмигранты - довольно приличное, совершенно бесплатное обучение.

    Эта школа, а мы её прозвали: “школа Соломона Клара”, была немного странная, так, во всяком случае, мне казалось. Преподаватели были “американы” с их довольно необычными правилами и приколами, да и сама манера обучения была другая, совершенно не советская.

    Так однажды наш преподаватель Стив, худой бородатый верзила (понятие “Отчество” американцы не понимают вообще, поэтому все преподаватели - Стивы или Бобы) притащил на урок здоровенный аккордеон и целый час, немного подтанцовывая, распевал нам деревенские песни, с подробными объяснениями жизни “в американской глубинке”.

    Другая преподавательница Мэри, лет 55, встав на стул в позу римского оратора совершенно профессионально, по театральному, декламировала нам малопонятные стихи Шекли, радостно срывая наши искренние аплодисменты. Я представил себе, как в моей средней школе номер 76 учительница литературы, Марья Ивановна, запела бы популярную песну Зыкиной… было непонятно.

    “В своей прошлой жизни” - это выражение я приобрёл на первой же школьной перемене - мне пришлось довольно много учиться и я порядком от этого подустал, но отступать было нельзя. Cтиснув зубы, я продолжал ненавистную учёбу в Америке. Выучить язык хотелось очень, а вот учиться – нет, и это меня страшно ломало.

    А в школе “Соломона Клара” всё было как у “взрослых”: учителя спрашивали домашнее задание, мы делали упражнения и нас даже вызывали к доске. Только вот контингент студентов-школьников был очень пёстрый: от молодых юношей и девушек с взором, горящим до ленивых и сонных пенсионеров, да и оценки никого не интересовали. Хочешь - учись, а хочешь - нет. Как в детской хулиганской частушке: “хочешь, жни, а хочешь, куй, всё равно получишь… деньги”, а вернее деньги не получишь, а вот английский язык сможешь немного подтянуть. Ну, а школьные перемены, большие и маленькие, были для нашего брата иммигранта настоящим источником информации: “Где что дают? Где что продают? Почём? Kогда?” И прочая иммигрантская информация, порой совершенно фантастическая и невероятная.

    Мы дружно тусовались, обменивались полученной “инфой”, а за одно и флиртовали. Удивительно, но само обучение в школе переместило многих в далёкие студенческие годы, когда новое неожиданное знакомство в неформальной обстановке и совместное сидение за одной партой, создавало соответствующее романтическое настроение, несмотря на то, что английский язык совсем не шёл и ближайшие перспективы новой американской жизни были очень туманные. “Матушка-природа” брала своё и на фоне прекрасной погоды города Ангелов романы возникали сплошь и рядом.

    Я тоже не избежал этой участи. В то время я уже был не женат, да и влюблённость всегда была моим слабым местом. Не в смысле это место было слабое, совсем даже наоборот, но так или иначе я увлёкся одной девушкой. Английский у неё был значительно лучше моего, и она довольно часто помогала мне с домашними заданиями. Наши многочисленные касания при совместных изучениях правил “жуткой” английской грамматики сделали свое дело. Подлый Американский Купидон запустил свою отравленную стрелу, а глубокие декольте блузок Елизаветы совместно с её короткими юбками завершили свою разрушительную работу. Я был покорён и взят в плен.

    продолжение следует...

  10. Эти 8 пользователи сказали Спасибо Прораб за это сообщение::

    dekma (16.12.2011), Kontrabas (20.12.2011), nazik (16.12.2011), RonX (18.12.2011), seaeagle (06.01.2012), Septima (21.12.2011), Steel Wolf (16.12.2011), ziv (21.12.2011)

  11. #76
    Резидент
    Регистрация
    27.10.2011
    Адрес
    California
    Сообщений
    92
    Спасибо
    0
    Сказали 629 раз в 77 постах

    Re: Прорабская

    Однажды, когда наш преподаватель по “английской композиции” заболел, мы решили с Елизаветой плюнуть на оставшиеся уроки и смотаться на пляж. Домой нас ждали только к вечеру, время у нас было много и мы, никого не предупредив, обезумев от нахлынувшего чувства свободы, как простые школьники рванули с уроков.

    Путь на старенькой машине был не долог, и удачно проскочив постоянную автомобильную пробку на Санта Монике, мы вскоре “парковались” на маленькой тенистой улочке, которая выводила нас на пляж.

    Известный пляж города Лос Анжелос, который описан во всех путеводителях, и на который можно спуститься прямо с очаровательной набережной, был не совсем обычный пляж. Купаться там было очень “стрёмно”, так как постоянный мощный прибой неутомимым молотом долбил всё то, что к нему приближалось. Довольно большие океанские волны обдавали пенными брызгами и мелкой галькой всех смельчаков, которые отважились купаться, невзирая на возраст и социальный статус. Несмотря на повышенную температуру воздуха, и на тот любовный жар, который испытывали я и Елизавета, купаться всё же не решились.

    Мы уютно устроились в тени кабинки для переодевания и, расслабившись на небольшом одеяле занялись простой болтовнёй, переходящей в скромные поглаживания и массаж. Больше ничего мы делать не осмеливались. Советская мораль сидела в нас ещё очень-очень глубоко.

    Я нежно поглаживал очаровательно-стройную спинку Елизаветы, пытаясь думать о чём-то другом, чтобы своим “пиковым интересом” не удивлять проносящиеся недалеко от нас загорелыe мужскиe и женские фигурки на разнокалиберных роликовых коньках. Будущие кинодивы и киногерои Голливуда со свистом проносились мимо по специально сконструированной деревянной дорожке, непроизвольно бросая на нас косые взгляды.

    Спрятать свой “интерес” мне не удавалось, да это было и не нужно. Продвинутая “школьница” Елизавета, разморённая Лос Анжелоским солнцем, моим вниманием и массажем относилась ко мне, к английскому двоечнику, очень благосклонно. Меня здесь явно понимали и шли на встречу.

    Приятная нега и эротический массаж с короткими поцелуями как-то незаметно переместились c пляжа в маленькую квартирку Елизаветы на её широкую постель. Mаленький 6-летний сын Лизы был у бабушки, а муж, с которым у неё были довольно натянутые и сложные отношения, должен был появиться только поздно вечером. Под голубым небом Лос Анжелоса образовался классический любовный треугольник…

    После нашего с Лизой совместного пляжного массажа моя жизнь немного изменилась. Вернее, изменилась не сама жизнь, а одна из её составляющих - Время. Хорошо это было или плохо, я до конца не осмыслил, так как раз Времени для этого осмысления и не хватало. Kатастрофически не хватало…

    К 8:30 утра я стремительной эмигрантской стрелой летел в мастерскую клеить многочисленные вазочки за 5 долларов в час. После положенной нормы “паззлов”, наскоро перекусив, я мчался на крыльях любви в другую сторону - в уютное гнёздышко Елизаветы, где меня уже ждали. Ну, а после упоительно-утомительных любовных игр с моей драгоценной Елизаветой мы, совершенно опустошённые, чинно и благородно ехали в школу. Там я отдыхал, больше волнуясь о восстановлении своей затраченной энергии, чем об учёбе, что конечно сказывалось на качестве моих занятиях по Английскому языку.

    Было довольно тяжело и хлопотно, но одновременно интересно и романтично. Елизавета, с бесконечно-непробиваемым спокойствием “девушки” из маленького украинского городка и с нерастраченным любовным пылом, которому я удивлялся каждый раз, когда с ней встречался, неожиданно помогла мне спокойно и уверенно проходить сложный процесс адаптации к Американской жизни без идиотских истерик и впадения в депрессию, хотя поводов было хоть отбавляй.

    “God bless” - тебя, Елизавета.

    Однажды, когда я как обычно занимался рутинной работой с вазочками, госпожа Ольга неожиданно подошла к моему столу. Понаблюдав несколько минут за моими уже уверенными действиями она одобрительно покачала головой, и вдруг выдала: “Закончи эту тарелку и остановись. У меня для тебя есть “спецработа”.

    Я отложил в сторону фарфоровую миску 19 века и постарался придать лицу заинтересованный вид. Ко всем “спецработам” ещё в Советском Союзе я относился очень недоверчиво. Два раза наступать на одни и те же грабли не хотелось. Всё с приставкой “спец” вызывало во мне неприятные воспоминания.

    Ольга была очень хорошая физиономистка. Она засмеялась своим грудным смехом, который мне нравился, и успокоила: “Не волнуйся. Эта работа нормальная, да к тому же ещё и денежная. Платить за неё буду не я, а моя хорошая знакомая, Роза. Она жена богатого, состоятельного зубного доктора. Он из наших… У Розы огромный, дорогой дом и она с мужем собирают туда весь антиквариат, который только могут найти. Три дня назад её бестолковый муж, Яша приволок огромную бронзовую люстру 19 века, совершенно жуткого вида. Её надо хорошо почистить. Ведь ты знаешь, что со временем бронза темнеет?”.

    Ольга замолчала и внимательно посмотрела на меня.

    С совершенно серьёзным лицом я ответил: “Знаю, знаю. Со временем не только бронза темнеет. Время и людей не украшает. Это дело житейское”.

    Немаленькая грудь госпожи Ольги колыхнулась от смеха: “Вот и хорошо, философ. Возьмёшь специальный растворитель, которым чистят бронзу, салфетки и к 9 часам утра к Розе Григорьевне домой. Вот ёе адрес и телефон. Будешь драить люстру пока она не заблестит. Ну, а как заблестит, и Розочка будет довольна, можешь слупить с моей богатой подруги 500 баксов. Столько стоит эта работа. Мне этих денег не надо, да и от Розы их брать неудобно. А ты… Короче говоря, это тебе бонус за хорошую работу. Понял?”.

    Я не ответил, настолько был парализован этой удивительной “спецработой”, а Ольга, насладившись своим триумфом, повернулась ко мне спиной, и, замурлыкав какую-то песенку, тихо удалилась в свой офис. “Чудеса, да и только... гримасы Американского бизнеса”.

    продолжение следует...

  12. Эти 7 пользователи сказали Спасибо Прораб за это сообщение::

    dekma (21.12.2011), Kontrabas (20.12.2011), nazik (17.12.2011), RonX (18.12.2011), seaeagle (06.01.2012), Steel Wolf (20.12.2011), ziv (21.12.2011)

  13. #77
    Резидент
    Регистрация
    27.10.2011
    Адрес
    California
    Сообщений
    92
    Спасибо
    0
    Сказали 629 раз в 77 постах

    Re: Прорабская

    Вечером я позвонил Розе Григорьевне, чтобы уточнить, когда можно подъехать, чтобы начать работать с люстрой.

    “Да, да… приезжай”, - отвечала работодатель Роза, - “Люстра будет стоять в гараже на полу, дверь будет приоткрыта. Cмело заходи в гараж, зажигай свет и начинай работать”.

    “Хорошо… договорились. Cпасибо, и до завтра”, - я попрощался и повесил трубку.

    К дому Розы Григорьевны я подъехал рано утром. Вокруг была разлита тишина и туман. Красивые и элегантные 2-х этажные дома, окружённые живописными ухоженными кустами и деревьями, искусной рукой архитектора, разбросавших их на зелёных холмах, своими остро-красными черепичными крышами прокалывали рваное одеяло тумана. Аккуратные, свежевымытые асфальтовые дороги дорогого “коммюните” петляли между холмами. И всю эту огромную территорию размером с хороший советский колхоз окружала сетчатая ограда с входными воротами, в маленьком домике у которых сидел строгий “гард” в нарядной форме.

    “Да… Ничего не скажешь. Класcно люди живут”, - констатировал я красоту этогo “парадайза”, останавливаясь у закрытых ворот.

    Гард вежливо поинтересовался к кому я приехал, что-то сверил со своими записями, после чего кивнул головой и не спеша поднял шлагбаум.

    “Знаешь как доехать?”, - спросил он, и не дожидаясь ответа, подробно объяснил как добраться к доктору Гордону.

    Через несколько минут я подъехал к нужному дому. Действительно, полуопущенная гаражная дверь отчётливо сигналила, что это правильное место. Взяв сумку с необходимыми для “спецработы” материалами я нырнул в тёмную щель гаража. В гараже было довольно темно. Машин там не было, только в центре возвышалась какая-то белёсая громадина.

    “Кажись “енто” люстра и есть”, - громко произнёс я, и смело зашарил руками по стене гаража в поисках выключателя света.

    Совсем быстро я наткнулся на что-то, очень похожее на выключатель. На этом мои поиски закончились, и я совершенно спокойно нажал на кнопку. Раздался странный звук как, будто заработал небольшой мотор. Звук довольно быстро прекратился, но в гараже светлее не стало. Я удивился и нажал кнопку ещё раз. Мотор зарычал опять, но результат был тот же. То есть результата как такового не было - в гараже оставалось темно. Хотя всё же что-то произошло после включения мотора. На высоте примерно трёх метром от земли на тёмной поверхности стены вдруг внезапно распахнулась дверь и в освещённом прямоугольнике возникла невысокая фигура довольно толстого подростка. Яркий свет, вырвавшийся из двери, также осветил и скрытую темнотой железную лестницу, на небольшой площадке которой стоял толстячок-подросток.

    “Какого чёрта?”, - визгливо крикнул он и я удивлённо на него уставился, плохо понимая, какое отношение он имеет к выключателю и звуку мотора.

    Не получив от меня вразумительного ответа мальчишка опять задал вопрос: “Какого чёрта ты лифт включил?”.

    Я уже пришёл в себя, и правдиво ответил: “Лифт не трогал, а только попытался включить свет! Mнe работать надо”.

    Упитанный подросток понял, в чём дело. Он ехидно заржал, как маленькая пони топнул ногой и объяснил мне, деревенщине непросвещённой: “Ты вместо света запустил лифт”, - и, видя моё явное непонимание, продолжил, - “У нас есть лифт из гаража в дом. Когда мы приезжаем с продуктами или с какими-то тяжёлыми вещами мы подымаемся в дом на лифте”.

    Чувствуя себя полным дураком, я переспросил юного обладателя лифта: “O чём говоришь? 3-х метровый лифт… и только на один этаж?”.

    Парень не удивился: “Да.… На один этаж. Это очень удобно”.

    Я потрясённый, молча, стоял, внимательно разглядывая подростка. Отработав 10 лет на стройках Союза я прекрасно знал, что такое лифт. Видел их целую кучу. Разного размера и разной грузоподъёмности. Но лифт в 2-х этажном доме у обыкновенного американского зубного врача Яши Гордона… в моей голове это не укладывалось.

    Парень, очевидно, понял, что со мной твориться. Он, молча, спустился по лестнице, обошёл мою застывшую фигуру и уверенно щёлкнул выключателем света, который находился недалеко, практически за моей спиной. Затем панибратски похлопал меня, взрослого мужика, по плечу, поднялся по лестнице и закрыл за собой дверь. Лифтовое шоу закончилось.

    “Лифт это хорошо”, - подумал я, - “Плохо - это когда нет ни дома, ни лифта”.

    В гараже было светло. Люстра всем своим видом показывала, как она хочет пройти таинственный процесс очищения. Я снял с бронзового чудовища простыню…

    “У одних лифты в 2-х этажном доме, а у других - маска, растворитель и тряпка”, - я, молча, вылил растворитель в банку, хорошо размешал ядовито пахнущую коричневую жидкость и вплотную занявшись чисткой антикварной люстрой, добавил: “За работу, господа эмигранты - нас ждут великие дела…”.

  14. Эти 8 пользователи сказали Спасибо Прораб за это сообщение::

    andrewb (20.12.2011), dekma (21.12.2011), Kontrabas (20.12.2011), nazik (17.12.2011), RonX (20.12.2011), seaeagle (06.01.2012), Septima (21.12.2011), Steel Wolf (20.12.2011)

  15. #78
    Резидент
    Регистрация
    27.10.2011
    Адрес
    California
    Сообщений
    92
    Спасибо
    0
    Сказали 629 раз в 77 постах

    Re: Прорабская

    Страна “советов”

    Coвсем недавно, в одной большой и шумной компании, на праздновании очередного Дня Pождения, зашёл разговор о советах - о простых-простых советах. A так как весь народ, весело гудевший за праздничным столом, был из России, то разговор практически сразу перекинулся на советы… в стране Советов.

    Я не принимал участие в развязавшейся оживлённой дискуссии. То ли было лень просто так “балаболить”, то ли почти опустошённая мной бутылка Текилы немного тормозила, но вдруг я мысленно оказался на далёкой Родине, в конце славных 80-х годов, когда работал Главным инженером в Московском строительном управлении.

    Одной из моих служебных обязанностей был еженедельный приём работников по личным вопросам. Любой представитель трудового коллектива, официально записавшись на приём мог попробовать успешно решить свои проблемы или просто попросить официального совета у администрации, как их решить. И вот раз в неделю, а мой день был пятница, после 17:30 в своём кабинете я принимал народ. Можно сказать по-Ленински просто - принимал ходоков.

    Разнополые ходоки с разбросанных по всему городу строительных участков нашего орденоносного управления приезжали в “управу” поплакать на нeширокой начальственной груди о несчастной жизни и поделиться наболевшими просьбами и проблемaми, как-то: зарплата - маленькая, муж - пьяница, жена – гулящая… и т.д и т.п.

    Ну, а если руководство в моём лице или в лице начальника СУ ничего сделать не сможет, то следующий этап было обращение к “великому рулевому”, к нашей боевой коммунистической партии, а именно - в партком. A пока, на начальной стадии, записавшись на приём и дождавшийся своей очереди, просящий или просящая, по команде секретарши, которая цепным псом сидела в приёмной, робко входил в начальственный кабинет за советом.

    C сoвeршeннo камeнoй физиoнoмией я воcceдaл зa рaбoчим cтолoм и аккуратно записывал всю информацию о просящем ходоке в огромную, вcю прoштампoвaнную печатями, тетрадь. Когда регистрация заканчивалась, начиналась официальная беседа.

    “Ты, понимаешь, Борисыч”, - торопливо говорил робко сидевший на стуле, неказистого вида мужичонка, - “Моя-то стерва совсем обнаглела. Бегает, как подорванная, к соседу, к Вовке - каменщику. Я ей говорю: перестань бегать, лярва, не позорь меня перед товарищами, а она всё равно продолжает…”.

    Я вежливо прервал монолог Чирикова Петра Герасимовича, который работал у нас в управлении уже более 10 лет. Он был довольно умелым плотником, но также и запойным пьяницей. Понять его жену, ещё молодую женщину я мог, но как руководитель должен был постараться сохранить “советскую ячейку” - семью товарища Чирикова.

    “Пётр Герасимович, я тебя прекрасно понимаю и поддерживаю, но вот у меня на столе”, - и я указал на довольно пухлую папку, - “лежат многочисленные докладные, где говориться, что ты уж очень водочку “полюбляешь” и пьёшь её, проклятую, довольно часто - и на работе и дома. Сколько раз мы тебя предупреждали, а ты всё продолжаешь и никак не остановишься. А жена у тебя молодая, красивая. Её любить надо, а не нехорошими словами в пьяном виде ругать. Тут ни какая женщина не выдержит и убежит, и не только к Вовке, но ко всем его друзьям: и к Кольке, и к Мишке. Тебе надо перестать хлестать водку и будет всё нормально. Будешь трезвый, будешь свою жену любить и уважать - у вас дома всё наладится. Ты со мной согласен, Пётр Герасимович?”, - поинтересовался я, видя совершенно затуманенные глаза плотника.

    Чириков хмыкнул и машинально оглядел кабинет, очевидно в поисках стакана. Стакан он не нашёл. Я, очень даже неплохо зная свой контингент, ко дню приёма по личным вопросам, наводил порядок в кабинете так, чтобы ничего, даже отдалённо напоминающий бутылку или стакан не было в их воспалённом поле зрения.

    Чириков не найдя знакомых ориентиров, поёрзал на стуле и медленно ответил: “Да я и не пью вовсе, что ты, Борисович. Ну, если только немного - по праздникам. Сейчас не об “етом” разговор. Ты мне помоги мою “вертихвостку” приструнить - перед “людя’ми” не удобно”.

    Прекрасно понимая, что никакой пьяница никогда не признается, что он пьяница, я попытался всё же достучаться до Петра Герасимовича.

    “Хорошо, я обязательно переговорю с твоей женой, но ты сам должен понимать, что твоё семейное счастье - в твоих руках. Перестань водку “жрать” и всё будет хорошо. А для начала могу предложить тебе билеты на концерт. Похлопочу в нашем профкоме, и выделим тебе два бесплатных билета. Оденешься прилично, возьмёшь свою жену и тихо, мирно пойдёте в театр. Помиритесь и начнёте новую жизнь. Ты согласен? Доставать тебе билеты?”, - спрашивал я Пётра Герасимовича.

    Чириков смотрел на меня широко раскрытыми глазами. В них читалось, что я полный идиот, раз предлагаю ему поход в театр вместо того, чтобы приструнить “жену - вертихвостку”.

    “Борисыч, я ведь к тебе со всей душой. Мне совет нужен, как Клавку “прищучить”, а ты? Kакой тут к чёрту театр! O чём ты говоришь?”, - недоуменно и как-то даже разочарованно ответил Чириков.

    Oн совершенно не понимал, как можно не пить водку и не гонять жену.

    “Ты, Борисович, не о том базаришь. Я пришёл совет получить, что мне с моей стервой делать, а ты…” – повторился Чириков.

    “Чириков”, - я собрал в кулак всё своё терпение, - “Уважаемый товарищ Чириков. В этом деле мне видится только один выход. Тебе надо перестать пьянствовать и в твоей семейной жизни всё наладиться. Ты когда последний раз своей жене цветы дарил?”.

    Чириков опять оторопело посмотрел на меня.

    “Тут, блин, на бутылку не хватает…”, - он начал было объясняться, но тут же осёкся…

    “Вот водишь”, - я продолжать наседать, - “Подари ей цветы, пригласи в кино или просто погулять в красивом месте. Попытайся стать тем, кем ты был до свадьбы. Ты же ей нравился, раз она за тебя замуж вышла”.

    “Да”, - мечтательно прищурился Чириков, - “На гармошке я играл здорово. Меня в деревне все девки любили. Был я парень, что надо”.

    “Ну, вот-вот”, - обрадовался я, - “Стань таким же кем ты был”.

    Чириков перебил меня: “Но я и тогда винцо полюблял. Мы с моей стервой вместе и бухали”.

    Пётр Герасимович был как тетерев на току - никого и ничего не слышал.

    “Хорошо… не хочешь идти в театр, не ходи. Поезжайте вместе в отпуск”, - предложил я, - “Могу похлопотать насчёт путёвок”.

    “Да нет, мы и так вместе поедем. Нам в деревню надо”, - разочарованно отвечал Пётр Герасимович, - “картошку собрать, да и всякое такое... сам понимаешь. Mоя мамаша классную самогонку варит, а к приезду кабанчика заколет - соскучился я по деревне. У нас там рыбалка, а вечерами соловьи, гармонь, да и дружбаны мои школьные…”.

    Я молчал. Возразить Чирикову не мог. Картошка… самогонка… сало… дружбаны - какой тут к чёрту театр, действительно, о чём это я.

    “Ну, хорошо, спасибо тебе за совет, Борисович”, - засобирался Пётр Герасимович, - “Пойду я. Приятно поговорили, душевно. A с Клавкой я разберусь - ты не “сумлевайся”.

    Чириков встал со стула, уважительно пожал мне руку и вышел из кабинета, a я сделал запись в прошнурованной тетради: “Беседа с товарищем Чириковым проведена. Bсё в порядке - едет в отпуск в деревню на историческую родину”.

    Поставив “жирную точку в строчке”, я нажал кнопку на селекторе и спросил секретаршу: “Ну, кто там следующий… приглашай, Танюша”.

    Буквально через пару секунд в дверь робко постучали, и женщина средних лет осторожно вошла в кабинет.

    продолжение следует...

  16. Эти 7 пользователи сказали Спасибо Прораб за это сообщение::

    andrewb (21.12.2011), dekma (21.12.2011), Kontrabas (22.12.2011), nazik (22.12.2011), RonX (22.12.2011), seaeagle (06.01.2012), Steel Wolf (21.12.2011)

  17. #79
    Резидент
    Регистрация
    27.10.2011
    Адрес
    California
    Сообщений
    92
    Спасибо
    0
    Сказали 629 раз в 77 постах

    Re: Прорабская

    “Садитесь, пожалуйста”, - гостеприимно пригласил я скромную посетительницу и добавил, - “Давайте зарегистрируемся”.

    Женщинам также как робко вошла, также робко уселась на краешек стула. Её огромные глаза были наполнены слезами. Я едва успел записать все её данные как вдруг посетительница разразилась слезами. Она плакала в полный голос, размазывая слезы по щекам. Я оторопело смотрел на неё. Моё оцепенение прервала секретарша, которая резко распахнула дверь кабинета. Татьяна, девушка была “тёртая” и в отличие от меня, ко всему привычная. Секретарша предусмотрительно держала в руке стакан с водой.

    Она поставила стакан на стол, кивнула мне головой и молча, вышла. Я очнулся и принялся отпаивать свою посетительницу: “Вы, пожалуйста, успокойтесь - выпейте воды. Мы сейчас постараемся вам помочь”, - затараторил я, почему-то называя себя на “Вы”, - “Мы обязательно вам поможем, только перестаньте плакать и всё нам расскажите”.

    Просительница одним махом выпила предложенный стакан с водой и в полный голос, прерываемый периодическими всхлипываниями, начала рассказывать: “Пришла я к вам за советом, товарищ начальник. Не знаю, что и делать. Нету больше никаких моих силушек. Мой-то, Степан, пьёт не переставая. Пьёт и дерётся. А сейчас и того больше, повадился вещи из дома выносить и продавать. Ему, ироду проклятому, денег на водку не хватает. Что делать, a? Посоветуйте… но только сильно его не наказывайте. У меня же двое детей”.

    Женщину было жалко, a eё мужа нет. Я его прекрасно знал. Это был Углов Степан Иванович, сварщик 5-го разряда, известный пьяница, дебошир, лентяй и просто нехороший человек. Но так как Углов был членом партии, то найти на него управу было очень трудно. На всех собрания он отчаянно каялся и просил прощения, а когда партийное чистилище оканчивалось, как ни в чём не бывало, продолжал пить и дебоширить.

    У меня однажды был с ним конфликт, когда я попытался наказать его за соответствующее поведение, но к своему удивлению я так и не смог в полную силу справился с Угловым. Меня даже не пустили на заседание парткома, где разбиралось поведение коммуниста Углова, так как я не был членом партии. А его братья-работяги, “коммунисты в законе”, в очередной раз отмазали “другана”. Они только слегка покритиковали Степана Ивановича и всё. Он умылся, отряхнулся как собака после выхода из воды на берег, и продолжил в том же духе. И каждый раз завидя меня на объекте, ощеривался во весь свой пьяный рот и злорадно ухмылялся.

    “Я вот что могу предложить вам, уважаемая Клавдия Ивановна. В моих силах можно сделать так, чтобы зарплату Углова Степана Ивановича получали вы - его законная супруга. Надо только написать соответствующее заявление”, - и я, улыбаясь в душе возможности насолить надоевшему сварщику, подвинул к гражданке Угловой чистый лист бумаги и ручку, - “Напишите на моё имя: В связи с тем, что товарищ Углов Степан Иванович, своими противозаконными действиями разрушает семью, достойную ячейку Советского общества, дебоширит и беспробудно пьёт, чем лишает пропитания своих маленьких детей, прошу…”.

    Я замолчал и через небольшую паузу уточнил: “У вас ведь двое детей, Клавдия Ивановна?”.

    Та, молча, кивнула.

    “Ну, так вот…”, - продолжил я, - “Пишите, пишите… Клавдия Ивановна. Прошу Главного инженера строительного управления номер 17, разрешить мне, законной жене, Угловой Клавдии Ивановне получать зарплату своего мужа - Углова Степана Ивановича. В моей просьбе прошу не отказать. Число и подпись”. A я, Клавдия Ивановнa, со своей стороны, подготовлю приказ по управлению, подпишу его и вы совершенно спокойно можете получать зарплату своего мужа. Зарплата у нас 15 и 30 числа каждого месяца. Так что приходите в бухгалтерию за зарплатой и ничего не бойтесь”.

    Клавдия Ивановна в полной прострации написала заявление, поставила дату и подписалась. Я осторожно забрал бумагу и положил её в папку. Дело было сделано.

    ”Не мытьём, так катаньем”, но я прищучил Углова. Его партийные дружки-собутыльники не могли влиять на административные действия Главного инженера. Наоборот, им придётся самим с ним разбираться. Наша доблестная партия как раз и должна ставить на место разрушителей семейного очага. Роль коммунистической партии - недопустимость таких поступков и если надо, жестоко покарать нарушителей!

    Я представил испитую, ухмыляющуюся рожу Углова у окошка кассы в день получки и смачную фигу вместо денег - хорошо, очень хорошо получилось. Очевидно, что и Клавдия Ивановна представила тоже самое. Она совершенно успокоилась, очень эмоционально поблагодарила меня и вышла из кабинета.

    Я сделал соответствующую запись в тетради и нажал кнопку на селекторе: “Кто следующий?”.

    А вот следующего просителя, уверенно распахнувшего дверь я хорошо знал и даже ему симпатизировал. Это был Савелий Ершов, молодой, весёлый электрик с 3-го участка. Парень он был старательный, трудолюбивый, а в настоящее время учился на заочном факультете ПГС первого курса строительного института, иногда я даже помогал ему справиться c домашним заданием по начерталке.

    Я очень поразился его появлению и не скрывая удивлённого выражения, спросил: “Ну, а тебе что надо? Какие у тебя проблемы? Тебе ведь не нужно запрещать зарплату выдавать, как другим? Ты ведь вроде непьющий и не женатый?”.

    Савелий заржал по своему обыкновению: “А вот тут вы, и ошибаетесь. Я как раз с просьбой. Помогите жениться!”.

    Я немного оторопел от такой необычной просьбы.

    “Как помочь с женитьбой? Не понял! Я, что, похож на сваху?”.

    Савелий опять заржал.

    И вдоволь отсмеявшись, стал пояснять: “Да нет, сваха не нужна. У меня уже есть невеста. Тут проблема другая. Моя невеста вот-вот должна родить…”.

    Я перебил Ершова: “Поздравляю, но причём здесь я? C кaкого бока ты меня пoдcтaвляeшь? ”.

    Весёлый проситель заёрзал на стуле и ответил: “Не перебивайте, товарищ начальник, дайте сначала всё рассказать. Я по-другому не умею. Только от печки могу”.

    Я мысленно набрал в рот воды и махнул Савелию рукой: “Давай, мол, рассказывай. Буду молчать как рыба”.

    Тот кивнул головой и продолжил: “Зойка, невеста моя, должна вот-вот родить, а мы с ней не расписаны. И стала она выступать: “Не хочу, мол, рожать незаконнорожденного. Давай расписываться”. Ну, я, конечно не возражаю, обнял её, любимую и пошли мы в районный ЗАГС”.

    Я продолжал держать полный рот виртуальной воды, и только кистью руки поторапливал Ершова, чтобы он отошёл подальше от своей печки и объяснил бы, наконец, что ему надо, так как продолжал не понимать, о чём он говорит.

    А тот, в своей очень медленной манере продолжал: “Мы с Зойкой приходим в ЗАГС, а там нам говорят: “У нас очередь. Вы записывайтесь, а через три месяца приходите. Всё будет в лучшем виде”. Зойка им на стол свой живот положила и орёт благим матом: “A мне сейчас надо. Не хочу незаконнорожденного”. B ЗАГСE народ выдержанный. Нервишки у них просто стальные. И как у Булгакова в “Собачьем сердце” - “В очередь, сукины дети… в очередь”. Ничего их не берёт”.

    Я уже понял, что надо от меня хитрому и начитанному электрику, но стоически молчал, помня о теоретической воде у себя во рту.

    Савелий понял, что я понял, что ему надо, но не дождавшись от меня подтверждения, уже совершенно серьёзно спросил: “Так что же мне делать? Вы поможете?”.

    Помощь в таком вопросе не входила в компетенцию администрации. Мы оба это понимали, и мой ответ был ясен.

    Я развёл руками и спокойно ответил “беременному” жениху: “Так я же не ЗАГС. Ничем помочь не могу. Ты когда своей Зойке ребёночка заделывал, о чём думал? Или не о чем не думал, так как занят был? У нас в стране много чего в дефиците. Вот и очередь в ЗАГС, оказывается такой же дефицит, как копчёная колбаса или носки”.

    продолжение следует...

  18. Эти 5 пользователи сказали Спасибо Прораб за это сообщение::

    andrewb (21.12.2011), Kontrabas (22.12.2011), nazik (22.12.2011), seaeagle (06.01.2012), Steel Wolf (23.12.2011)

  19. #80
    Резидент
    Регистрация
    27.10.2011
    Адрес
    California
    Сообщений
    92
    Спасибо
    0
    Сказали 629 раз в 77 постах

    Re: Прорабская

    Booking.com
    Такой ответ Савелия явно не устраивал. Он перестал улыбаться и совершенно серьёзно попросил: “Ну, пожалуйста, очень прошу. Я же знаю, что когда наш трест сдавал в эксплуатацию Дворец Бракосочетания в Свердловском районе, вы там Госкомиссию проводили. Все до сих пор ещё удивляются, как вы этот мёртвый долгострой сдали. У вac же прекрасные отношения с заведующей этого Дворца. Помогите! Первым гостем на свадьбе будете”.

    Савелий был прав. Мои отношения с очаровательной заведующей нового, под номером 4 Дворца Бракосочетания были более чем дружеские. Целых три месяца, пока мы сдавали этот объект, я дневал и ночевал там, и пройти мимо прелестей Кармен Армандовны, дочери политэмигрантов из Испании конечно не смог. Я в очередной раз влюбился.

    Роскошные, длинные, густые иссиня-черные волосы, куда Кармен периодически вставляла красный цветок… огромные, широко-распахнутые глаза… осиная талия… белоснежная кожа… иcпaнcкoe имя… - вот “откуда у хлопца испанская грусть”… и всё это усиливало бездонное декольте довольно смелых блузок. Остаться в живых и не влюбиться в жгучую Кармен было невозможно. И хотя она была старше меня, но как говориться - “любовь ровесников не ищет”.

    На всех совещаниях, где присутствовала пышноволосая и пышнотелая испанка, я находился в полуобморочном состоянии. Меня совершенно не интересовали ни графики, ни сроки сдачи объекта, ни списки недоделок, которые каждый раз увеличивались в объёме. Я пытался переводить взгляд или на своего грозного управляющего треста, или на сурового, совершенно не улыбающегося представителя Свердловского Исполкома, но каждый раз мои глаза упорно возвращались к основной точке отсчёта: к очаровательной ложбинке на немаленькой груди Кармен. И каждый раз, когда Кармен Армандовна томно вздыхала, грудь приподнималась, я умирал…

    Она издевалась надо мной целый месяц, но однажды вечером, когда мы с ней засиделись в кабинете за обсуждением списка недоделок и за питьём полусухого шампанского, предусмотрительно мной принесённого, всё и произошло.

    Получилось как в одноимённой опере Бизе: “Кармен… Хозе… бык… напор… пика… удар”. Барышня Кармен Армандовнa была разведённая, самостоятельная рeшитeльнaя женщина, сама воспитывала своего мальчишку с такими же жгуче-чёрными глазами-волосами, а я и вовсе холостой… молодой и горячий.

    Но, к сожалению, наша “дружеская” связь прервалась… буквально сразу после завершения Государственной комиссии. Весь Свердловский район ещё ликовал открытием дополнительного, очень красивого дворца Бракосочетания, которым успешно руководила обворожительная Кармен Армандовна, как вдруг произошёл неприятный инцидент.

    Юная, восторженная невеста, буквально за несколько минут до торжественного события, как узаконивание супружеских отношений, в специальной “комнате для невесты” упала в глубокий обморок - её еле-еле откачали.

    Было понятно… ответственный момент… переживание… избыток чувств… но, так думали не все, a только родственники.

    Эксплуатационники Дворца Бракосочетания засуетились и выяснили, что часть вентиляционной системы не работает. Как раз в комнатах ожидания “невесты” и “жениха”. Я об этом знал, но промолчал. Переделывать систему, чтобы она полностью работала, было сложно и хлопотно, и сдать в срок объект было бы невозможно. Думал, что проскочим, но невинная невеста со своим обмороком вскрыла скрытый дефект.

    За хлебосольно-пьяным столом Госкомиссии я умудрился “после литра выпитого” подписать акт приёма вентиляционной системы у соответствующих служб, и, размахивая этой официально подписанной бумагой, уверил всех, что вентиляция прекрасно работает. Но волнение невесты и удивительно жаркое лето лакмусовой бумажкой выявила халтуру.

    Официально я не был виноват, но умная Кармен совершенно точно знала, откуда ноги растут. В наших отношениях появилась трещинка, и мы вскоре расстались, но расстались хорошими друзьями. Кармен всё понимала - “не корысти ради, a токмо волей пославших меня начальников”.

    “Ну что, поможете? Позвоните заведующей? Или ещё что-нибудь посоветуете?”, - голос Савелия Ершова вернул меня из объятий жгучей испанки.

    “Хорошо, позвоню… чёрт с тобой. Кармен, определённо тебе поможет. Вернее не тебе, а твоей Зойке”, - ответил я и добавил, - “Что ещё?”.

    “Всё, всё… ухожу, ухожу, ухожу”, - Савелий опять заржал и стал пятиться спиной к двери.

    Он на последок подмигнул мне, выпятил свой живот и, поглаживая его, закрыл за собой дверь.

    “У нас больше никого нет. Я могу идти, Игорь Борисович?”, - голос секретарши ворвался в тишину кабинета.

    “Конечно, конечно, Танечка. Я тоже собираюсь”, - ответил я, - “Бери шинель, пошли домой”.

    Секретарша хмыкнула и отключилась. Приёмный день закончился…

    “Да, да… у нас она и называлась “Страна Советов” только потому, что одни советы и можно было получить”, - неожиданно громкая тирада разгорячённого гостя, вернула меня из далёкой Москвы за праздничный стол, - “Есть классный анекдот на эту тему”, - надрывался поддатый оратор, стараясь привлечь к себе внимание и перекричать гвалт за столом, - “Давайте, “пипол”, я вам расскажу”.

    Подвыпившие гости замолчали и стали слушать: “Однажды в маленькую грузинскую деревню к одному из её жителей приехал в гости сын. Папаша засуетился, стал готовить угощение, а барана не оказалась: отара с гор не вернулась. Схватился он руками за голову и побежал к соседу.

    “Слушай, Вано”, - возбуждённо заголосил радостный папаша, - “У меня такая радость, такая радость… Сын в гости приехал. Одолжи, пожалуйста, барана, шашлык приготовить… мои бараны в горах остались”.

    Вано спокойно выслушал своего соседа Гогу и ответил ему: “Слушай, “дарагой”. Барана я тебе дать не могу. Но могу дать совет: пойди к Анвару”.

    Гога поблагодарил своего соседа за совет и пошёл к Анвару.

    “Слушай, Анвар”, - стал объяснять он ситуацию, - “У меня такая радость, такая радость… Сын в гости приехал. Одолжи, пожалуйста, барана, шашлык приготовить… мои бараны в горах остались”.

    Анвар выслушал своего соседа Гогу и ответил: “Слушай, “дарагой”. Барана я тебе дать не могу. Но могу дать совет: пойди к Вахтангу”.

    Поблагодарил Гогa соседа и пошёл к Вахтангу.

    У Вахтанга произошёл тот же самый разговор и Гога получил тот же самый совет: “Барана дать не могу, а могу дать совет…”.

    Через два часа Гога обошёл всю деревню и вернулся к своему дому. Он поднял руки к небу и простонал: “Вай ме, вай ме! Где мы живём: в стране баранов или в стране советов?”.

    Гости вяло посмеялись. Я не смеялся. Анекдот был старый, с бородой. И потянувшись за бутылкой Текилы, где ещё немного оставалось, наливая себе в рюмку желтоватoй мексиканской водки, грустно подумал: “А действительно, “Совок” - это страна Советов или страна баранов? Tак сразу и не ответишь”.

    А Вы как думаете?

  20. Эти 6 пользователи сказали Спасибо Прораб за это сообщение::

    Alex.A (04.01.2012), andrewb (04.01.2012), KoLoB (04.01.2012), Kontrabas (23.12.2011), nazik (24.12.2011), seaeagle (06.01.2012)


LinkBacks (?)

Информация о теме

Пользователи, просматривающие эту тему

Эту тему просматривают: 1 (пользователей: 0 , гостей: 1)

Visitors found this page by searching for:

рассказы Прораба

Социальные закладки

Социальные закладки

Ваши права

  • Вы не можете создавать новые темы
  • Вы не можете отвечать в темах
  • Вы не можете прикреплять вложения
  • Вы не можете редактировать свои сообщения
  •  

Форум "Говорим про Америку"
Форум "Говорим про Америку" Facebook