Страница 4 из 12 Первая 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 Последняя
Показано с 31 по 40 из 113
Like Tree3Likes

Тема: Прорабская

  1. #31
    Резидент
    Регистрация
    27.10.2011
    Адрес
    California
    Сообщений
    92
    Спасибо
    0
    Сказали 629 раз в 77 постах

    Re: Прорабская

    Цитата Сообщение от dekma Посмотреть сообщение
    По поводу майора-Светы... Читая рассказ, мне казалось, что у вас там все так серьезно, что вы вместе и в США перебрались.
    С майором Светой было очень серьезно. Это было какое-то безумие. Когда уехал из Саратова после нашей встречи со Светой ходил как больной...
    Спасло то, что я очень влюбчивый. Каждая женщина для меня единственная. Сначала влюбляюсь, весь горю желанием, но потом это проходит.
    До сих пор не знаю к счастью это, или к несчастью. Можно назвать меня бабником, но это будет неправильно. Бабник это слишком просто, а у меня это действительно любовь.


  2. Бронирование Отелей в США
    Circuit advertisement
    Регистрация
    Always
    Адрес
    Advertising world
    Сообщений
    Many




     

  3. #32
    Резидент
    Регистрация
    27.10.2011
    Адрес
    California
    Сообщений
    92
    Спасибо
    0
    Сказали 629 раз в 77 постах

    Re: Прорабская

    Итак, как и обещал - рассказ: "Как провожают “Хаузботы”? Совсем не так, как поезда!"
    Это действительно было со мной и моей женой. Там всё практически правда, приукрасил чуть-чуть.

  4. #33
    Резидент
    Регистрация
    27.10.2011
    Адрес
    California
    Сообщений
    92
    Спасибо
    0
    Сказали 629 раз в 77 постах

    Re: Прорабская

    Как провожают “Хаузботы”? Совсем не так, как поезда!

    “Хаузбот” – лодка, оборудованная в комфортабельный дом. Раньше хаузботы использовались для перевозки риса с полей в зернохранилища. Именно поэтому они крепки и могут выдержать до десяти тонн веса. Сконструированные на основе традиций лодочников прошлого, хаузботы сделаны из выдержанного дерева, имеют длину 80 футов (25 метров) и ширину 13 футов (4 метра).

    К услугам туристов на борту хаузбота – полностью оснащённые спальни, удобные гостиные, душ, туалеты, кухня и даже балкон...

    Первый плавучий дом был построен 10 тысяч лет назад. Согласно библейским сказаниям, это был Ноев ковчег…”.


    Глава 1. “Приплыла идея... спросила”

    (Переделанная цитата из сказки “О рыбаке и рыбке”)


    Слушай, Гришка… это что, как в романах Фенимора Купера? Там у Зверобоя - он же Следопыт, он же Кожаный Чулок - на озере был плавающий дом?”, - спросил я своего приятеля, когда тот появился у меня дома с интересным и необычном предложением отдохнуть несколько дней на так называемом “Хаузботе”.

    “Ну, не совсем как у Фенимора, но очень похоже”, - удобно усевшись в кресло, стал объяснять Григорий, - “Здесь в Северной Калифорнии будет намного интереснее: широченная, красивая пойма реки Сакраменто, весёлая компашка, рыбалка… Если повезёт, можем даже осётра поймать. А какие осётры у Кожаного чулка - одна плотва и кровожадные индейцы”.

    Григорий замолчал, смакуя французский коньяк ХО, который я успел плеснуть ему в рюмку.

    “Ты против индейцев, детей душистых прерий, не очень-то выступай”, - улыбаясь, предупредил я товарища, подвигая поближе блюдечко с нарезанным ароматным лимоном, - “Американцы горой стоят за дружбу всех народов. За индейцев они тебе быстро задницу намылят. Недаром Купера и его “хитромудрого снайпера Зверобоя” здесь не уважают. Советским детям и их родителям байки о свободолюбивых, “в боевой раскраске братьях” нравились, а в Америке политически некорректно рассказывать о кровожадных индейцах и их борьбе против “пионеров-оккупантов”. В школах американские дети Купера не читают, да и в книжных магазинах Фенимор на полках не красуется.

    “А я что? Я не про индейцев, а про хаузбот “гутарю”. Ты только представь себе. Плывёшь по реке… вокруг тишина… покой… солнышко светит… птички поют. Захотел покупаться - остановился. Бросил якорь и купайся на здоровье. Или подплыл к какому-нибудь островку, a их много в дельте Сакраменто и валяйся на чистом на песочке, сколько хочешь - никто тебе не мешает. Тут же рядышком на одеялке выпивка и закуска разложена. Kрасота! Давай, Игоряня, соглашайся и вместе поплывём. A стоимость такой не дешёвой прогулки разделим на всех и будет не так дорого”.

    “Какие птички?”, - нерешительно возразил я, почему-то орнитология заинтересовало меня больше всего, - “Ты их с комарами спутал. Там этих кровососов до чёрта”.

    Но Гришка не отвечал. Он священодействовал. Hаливал себе коньячок. В этот момент обращаться к нему с вопросами было бесполезно. Да и комментарии были уже не нужны. В предложение Григория был определённый смысл и мне очень захотелось попробовать, что же это за диковина такая – “Хаузбот”.

    “Я тебе так сразу дать ответ не смогу. Mне надо посоветоваться “c шефом”. Cам понимаешь…”, - туманно ответил я товарищу, уже начиная думать, как преподнести этот авантюрный “хаузботный круиз” своей любимой жёнушке, которую укачивало даже от одного мимолётного взгляда на детские качели.

    Гришка хлебнул ещё коньячку, понюхал лимонную корочку и добродушно согласился: “Хорошо. Посоветуйся, только долго не тяни. Надо заранее пароход заказать. Любителей отдыха на воде здесь немало, а вот “Хаузботов” не много”.

    Мы попрощались. Гришка поехал по своим делам, a я как настоящий “Чапаев-герой” стал думать думку. Уж очень мне захотелось морского простора.


    Глава 2. “Вещий сон”

    (К классике никакого отношения не имеет)


    Мои размышления прервал приход жены.

    “Привет, дорогой. А я тебе вкусненькое принесла. Твои любимые куриные крылышки… остренькие, как ты любишь. Сейчас их разогрею, и сядем ужинать. Накрывай пока на стол… скатёрку, тарелки… ну, сам знаешь, что…”, - заявила жёнушка ещё с порога.

    Она быстро разобрала почту, переоделась в красивый халат и засновала по кухне радостным челноком, готовя дополнительные закуски к горячему. Я расстелил скатерть, поставил столовые приборы, салфетки… не забыл бокал для жены и рюмку для себя. Гришка выпил не весь коньяк. Полбутылки ещё осталось. Под “крылышки” мне должно было хватить…

    Ужин подходил к концу. Калифорнийское “Мерло” расслабило жену, я почувствовал этот момент и осторожно начал подготовку: “Ты знаешь, Лапочка, мне уже несколько недель снится один и тот же сон. Как будто плыву я с тобой по красивой реке на красивом белом пароходе. Мы сидим рядышком в удобных шезлонгах… Прозрачный воздух, тишина… помнишь, в юности пели: “Ах, белый теплоход… широкая волна, куда уносишь ты меня, скажи куда…”, а сверху с неба на нас смотрит твоя бабушка… Ты мне совсем недавно показывала её фотографии. Bещий сон получается… ну, как у Анны Павловны”.

    “Предположим, вещие сны были у Веры Павловны, а Анна Павловна - одна из поэтических муз Пушкина. Это ей он посвятил стихотворение: “Я помню чудное мгновенье…”, - жена блеснула интеллектом, замолчала на несколько секунд и, улыбаясь, добавила: “А я и не знала, что ты видишь вещие сны. Настоящий “Скрипач на крыше”.

    “Что ты имеешь ввиду?”, - я постарался придать своему лицу совершенно наивное выражение, благо выпитый коньяк успешно в этом помогал, - “Я дочку замуж не выдаю. У меня нет таких проблем как у “Тевье-молочника”.

    Жена молчала. Она нежно смотрела на меня и в её красивых глазах сверкали искорки. Я не стал оправдываться. Что есть, то есть. Параллель между мной и известным еврейским персонажем писателя Шолома-Алейхома можно было проследить, но я стоически выдерживал паузу… Не дождавшись опровержения “вещих“ снов, действительно очень похожих на сны Тевье-молочника, Лапочка продолжала задавать вопросы, практически не дожидаясь ответов: “И всё же, что это тебя на сентиментальность потянуло? Ты что, уже весь коньяк допил?”.

    “Тут дело не в коньяке”, - отвечал я, - “Хотя это правда - коньячок удивительно быстро закончился. Я о другом. Наверно, мне пора поближе к воде. K началу всех начал. Ведь жизнь началась из воды. А моему организму, подорванному на тяжёлой Американской службе, определённо необходимы водные процедуры. Это во мне звучит голос крови. Вернее не звучит, a взывает. Мне кажется, что в прошлой жизни я был лодочником. Может даже самим Хароном…”.

    “Котом ты был, а не лодочником”, - уже в полный голос хохотала жена, - “Вон как от коньяка замурлыкал. А ещё ты правую руку поджимаешь, ну как кот. Вот и сейчас…”.

    Я дёрнулся и непроизвольно посмотрел на свою руку. Поймала… любимая моя. Действительно, был за мной такой грешок. Сгибал правую кисть руки также как наша кошка Муся свою лапу. Моя жена была очень даже не глупая. Она совершенно точно расшифровала мои "вещие" сны и, продолжая смеяться, добавила: “А так как ты в прошлой жизни был котом, в чём я совершенно не сомневаюсь, то очень странно, почему ты воды не боишься. Обычно коты боятся. Тебя должно тянуть в другую сторону - от воды, а ты - “белый пароход, широкая волна…”. Давай, дорогой мой лодочник, колись, что ты ещё придумал?”.

    Я долил вино в полуопустошённый бокал для своей лапочки и осторожно стал “колоться”: “Сегодня Гришка приезжал и предложил нам сплавать с ним на хаузботе. Говорит, что это отличный отдых. Полная расслабуха… Давай попробуем?”.

    Лапочка взяла бокал, неспеша, отпила из него: “Ты наверно забыл, дорогой, что нам Боря рассказывал, когда мы его день Рожденья праздновали?”.

    Я неуверенно взглянул на жену. Весь Борькин день Рожденья, который мы отмечали в русском ресторане превратился у меня в одну огромную космическую чёрную дыру.

    “Так это было неделю назад”, - попытался я объяснить провал в памяти, которое сотворило огромное количество выпитого спиртного, - “Конечно же, не помню. Я вот даже не помню, что сегодня на завтрак ел, а тут целая неделя прошла…”.

    “Пить надо меньше”, - ответила жена и её огромные карие глаза потемнели, - “и всё будешь отлично помнить”.

    Но продолжать тему пьянства она не стала, а просто напомнила: “Так вот, Борька рассказывал, и очень интересно рассказывал, что в прошлом году ездил он со своей компанией на хаузботе. Так же как и ты - решил побыть ближе к воде. И был с ними один ребёнок. 12-ти летний мальчик. Mужики на хаузботе, естественно пили и закусывали, их жены болтали и тоже закусывали, а мальчик, как единственный трезвый член пароходной команды, стоял за рулём. Правда, это было ему интересно, но только сначала. Ну, поплавал народ в своё удовольствие, вдоволь попил водочки и через три дня мирно и “вразвалочку сошёл на берег”. А тут вскоре мальчику в школе на уроке литературы предложили сочинение на тему: “Самые жуткие выходные в твоей жизни”.

    Mальчик взял и написал про свои выходные на хаузботе в компании с пьяными русскими. И что самое интересно, его эссе заняло первое место в классе. Все признали, что страшнее таких выходных быть ничего не может. А в классе у него 45 человек…”.

    Лапочка замолчала, отпила ещё вина и спросила: “И куда же ты меня тянешь, дорогой?”

    продолжение следует...

  5. Эти 7 пользователи сказали Спасибо Прораб за это сообщение::

    andrewb (09.11.2011), Bushistaya (07.11.2011), dekma (07.11.2011), nazik (07.11.2011), RonX (11.11.2011), seaeagle (06.01.2012), Steel Wolf (13.11.2011)

  6. #34
    Новичок Аватар для dekma
    Регистрация
    27.07.2011
    Сообщений
    22
    Спасибо
    128
    Сказали 17 раз в 5 постах

    Re: Прорабская

    Как долго нет продолжения!
    "Хочешь идти быстро - иди один. Хочешь идти далеко - пойдем вместе"

  7. #35
    Резидент
    Регистрация
    27.10.2011
    Адрес
    California
    Сообщений
    92
    Спасибо
    0
    Сказали 629 раз в 77 постах

    Re: Прорабская

    Цитата Сообщение от dekma Посмотреть сообщение
    Как долго нет продолжения!
    Глава 3. “Мы ещё на берегу и тренируемся вовсю”

    (Это не стихи… просто так получилось)


    Идею путешествия на хаузботе мы с жёнушкой обсуждали очень-очень долго, но всё же договорились. А на сколько я “попал” в результате этой договорённости лучше умолчу. Но впереди был круиз. Как раз самое время вспомнить бессмертный афоризм Генриха IV: “Париж стоит обедни…”.

    Я позвонил Гришке и обрадовал его радостной вестью: “Готовь корабль, Григорий. Мы плывём”. На что получил ответ в стиле “а-ля Гришка”: “Это только г… в проруби плавает, а настоящие моряки - ходят. Запомни это, Игоряня”.

    Когда 95-ти килограммовый, гурман и сладкоежка Гришка стал заправским мореманом я не знал, но счёл лучше не спорить: “Ходют, так ходют”… тебе лучше знать. Давай заказывай корабль и за пару недель до отхода позвони, чтобы мы успели, подготовился. Мне ещё нужно купить тельняшку. Будем как взрослые”.

    “Да, да”, - ответил старший матрос Григорий Исаакович, - “Завтра же этим и займусь”. Он довольно рокотнул в трубке и добавил: “А ты пока, Игоряня, учи морской устав - он тебе пригодится”.

    Я не успел ответить. Гришка уже повесил трубку. Он так и не услышал мой решительный сухопутно-прорабский ответ.

    Гришка объявился через пару недель. Это было в его традиционной манере - внезапно пропадать и появляться. Объяснений этому не было, да никто их и не требовал. Гришка был душой компании, и его немногочисленные странности с лихвой компенсировались неимоверной добротой и отчаянным весельем. Он приехал в пятницу вечером, да к тому же не один. Его сопровождала молоденькая стройная девчушка. Её открытый плоский животик, украшенный золотым колечком с зелёным камушком, удивительно необычно смотрелся в паре с довольно приличным животом-арбузом Григория.

    Мы с женой удивлённо на них поглядывали, но помалкивали - ждали объяснений. Но Гришка игнорировал наши любопытные взгляды. Он по-хозяйски прошёл в гостиную, уселся в кресло и стал гипнотизировать угол комнаты, где располагался домашний бар, который я как раз обновил неделю назад. Гипноз сработал. Не прошло и пяти минут, как я уже разливал французский коньяк по большим пузатым хрустальным рюмкам.

    Видя как Гришка с большим удовольствием прихлёбывает свой любимый напиток и не спешит с объяснениями, я не выдержал: “A, почему ты юнге не наливаешь? У меня есть любимый напиток моряков - Ямайский ром. Помнишь, как пираты пели - “Ё-хо-хо и бутылка рома”? Oни именно этот ром имели ввиду. А вообще для моряков ром как материнское молоко. Давай-ка я “малёха” плесну “молочка” твоему юному матросу”.

    Гришка отвечать не спешил. Он пил коньяк, а я распираемый неудовлетворённым любопытством продолжал череду своих вопросов: “Разве очаровательная юнга не член нашей будущей морской команды и не плывёт с нами? Мне кажется, что это будет достойное украшение хаузбота. А так как команда у нас пьющая… один старший матрос Григорий Исаакович чего стоит, то надо начинать тренироваться. Ну, что юнга, начинаем?”.

    Очаровательная юнга, стреляя красивыми раскосыми глазами, хитро улыбалась, но не отвечала. Зато моя Лапочка не удержалась и вставила свои два цента: “Да что она, сумасшедшая, плыть на такой посудине. Это только я могла согласиться с вами, дураками. Какое-то безумие на меня нашло…”.

    Жена принесла из кухни тарелку с нарезанным сыром, украшенную кистью спелого чёрного винограда и уточнила: “Наверно уже морская болезнь началась. Другого объяснения у меня нет”.

    Гришка, молча, опустошил свою рюмку, пожевал дольку лимона и выдал: “Я уже говорил, что это только г… плавает, а настоящие моряки ходят. А очень любопытным и не настоящим морякам поясняю, что мой юнга не пьёт ром… она вообще не пьёт. Ей ещё рано. Да она и не юнга, а моя племянница, Аннушка. Она попросила завести её к подружкам. Нам было по дороге, вот мы к тебе, Игоряня и заехали. И давай заканчивай дурацкие вопросы. Ты лучше со своей женой разберись. Что-то не вижу я особой радости на её красивом и одухотворённом личике”.

    Очевидно, Лапочка расценила Гришкины слова как комплимент. Так как её ответом была ещё одна тарелка с красиво уложенной клубникой. Григорий Исаакович довольно крякнул и потянулся к бутылке с коньяком. Но бутылка была уже пуста.

    “А может ром начнём? Тем более что коньяк закончился”, - я сделал предложение, от которого Гришка не должен был отказаться, - “Мы же моряки!”.

    Возражений естественно не последовало. Григорий пил всё подряд… всё, что горит.

    Видя как мы лихо принялись за Ямайский ром, моя жена встревожилась: “Аннушка, давай я тебя отвезу к подружкам. Дядю твоего мы уже всё равно не отпустим. Ты только посмотри, что эти моряки вытворяют”.

    А два крутых “сухопутных” моряка, Я и Григорий Исаакович, уже вовсю глушили ароматный ром - морское материнское молоко. До отплытия оставалось две недели…

    Глава 4. “Ну, вот мы и поехали…”

    (Но не в “в деревню за орехами” как в старой детской считалке, а совсем в другое место)

    Две недели пролетели очень быстро. Гришка приезжал ко мне довольно часто, и мы c ним усиленно тренировались. Но интенсивные тренировки не сбили наш деловой морской настрой. Я даже успел купить полосатую футболку, которая смотрелась совсем как настоящий “тельник” и был практически готов… как юный пионер.

    И вот настал день “Х”, а именно так мы со старшим матросом Григорием Исааковичем обозвали день отплытия. У Гришки были многочисленные ассоциации с буквой Х, включая и само название – “Хаузбот”.

    Уже с самого утра мной овладело странное чувство. Чувство ожидания чего-то необыкновенного. В моих ушах зашумел морской прибой, а перед глазами замелькали странные образы морских рыб и гадов.

    “Смотри, дорогая”, - воскликнул я, остановившись в жевательном процессе вкуснейшего бутерброда, приготовленного моей жёнушкой, когда мы мирно и спокойно завтракали.

    Одной рукой я держал кофейную чашку, а другой указывал на довольно большую птицу с длинным хвостом, которая уселась на высокое и раскидистое дерево, видневшееся из нашего окна и противно каркала: “Между тучами и морем гордо реет Буревестник, черной молнии подобный… Он кричит, и - тучи слышат радость в смелом крике птицы”. Буревестник подаёт нам сигнал, что пора собираться в дорогу”.

    Жена с изумлением уставилась на меня широко распахнутыми глазами. Она помолчала несколько минут, затем молча, взяла кофейную чашку и настороженно её понюхала. Приятный запах свежесваренного кофе ничего не прояснил.

    Сохраняя на лице удивлённое выражение, Лапочка уточнила: “Это не Буревестник, дорогой. У нас во “Фримонтовке” нет таких птиц. А эта каркающая дура, которая привлекла твоё внимание - обыкновенная ворона, только очень жирная. Что с тобой, darling?”.

    “Море… море… это оно зовёт меня”, - поспешил я с ответом, - “Ты чувствуешь, как запахло свежим морским ветром? Пришла пора ставить паруса и поднимать якоря”.

    Жена изумилась ещё больше. Она вторично понюхала кофейную чашку и медленно ответила: “Морской ветер не чувствую, а вот у соседей явно жарят мясо, и если уж мы решили ехать, то давай собираться, а то опоздаем. Я пошла в ванную, а ты загружай машину, “моряк с печки-бряк”.

    Лапочка скрылась в ванной комнате, а я, расправив “широкие морские плечи” и ради прикола нацепив на грудь подаренный мне фирменный знак советского ГАИ-шника, начал интенсивно загружать машину вещами и продуктами.

    Cумки с одеждой уютно улеглись на заднее сиденье машины, а картонные коробки с продуктами оккупировали багажник. В абсолютном покое они ожидали, когда доблестный морской экипаж употребит их в дело.

    Набор продуктов был заранее обговорен на предварительной встрече будущего плавсостава, когда мы встречались в парке под шашлычок. Встречались, чтобы поближе познакомиться, а за одно и обговорить, кто и что приносит. Иногда так бывает. Все одновременно приносят только соль и перец, затем смущённо улыбаются, удивлённо переглядываются и грустно, как медведь в зимней берлоге сосут лапу. Так вот, чтобы этого не случились, смышленый Гришка загнал всех будущих “хаузботников” в тенистый парк и аккуратно всё обговорил. Он подробно расписал довольно обильное меню на все четыре дня путешествия, мотивируя свою прожорливость слабенькой аллегорией, что если голодный медведь ещё и сможет прогуляться к соседнему посёлку за жратвой, то кружить по огромной, незнакомой дельте, “не зная броду”, будет не очень сподручно.

    Положенная часть выпивки и закуски была успешно загружена, а вот с остальными вещями было не совсем просто … и виной тому был Гришка.

    “На хаузботе постельного белья нет. Tакже как нет матрасов и подушек. Это всё необходимо взять с собой”, - трубил Григорий, отпивая мелкими глотками, так полюбившисся ему французский коньяк ХО, когда в очередной раз он заскочил ко мне на чаёк.

    Я проигнорировал будущие неудобства, а вот Лапочка заинтересовалась. Она целенаправленно присела на соседний с Григорием Исааковичем стул, и, отодвинув в сторону его рюмку, обратилась с вопросом: “А вот с этого места, пожалуйста, поподробнее. Как это нет матрасов? А на чём же мы будем спать?”.

    “Так это же поход - морской поход, и как следствие этого – обыкновенные походные условия”, - Гришка попытался заполучить свою рюмку назад, но у него ничего не получилось.

    А я в свою очередь, что бы поддержать Гришку, добавил: “Матросы вообще в сетках спят, чтобы с кровати не упасть, если корабль сильно закачает”.

    Моя жёнушка аккуратно отодвинула уже мою рюмку и с надрывом в голосе произнесла: “Я вам не моряк и не обезьяна. В сетке спать не буду. Вы, что совсем обалдели?

    “Какие сетки? Ты не слушай его, женщина. На хаузботе нормальные спальные места как в поезде”, - и Григорий обиженно засопел.

    “Вот видишь, лапочка”, - я исхитрился и сумел овладеть своей рюмкой, - “Мы как будто путешествуем на морском поезде. Очень романтично. Колёса стучат… паровоз-пароход гудит… пассажиры пьют. Всё это нам очень знакомо”.

    “Вам может быть это и знакомо, а мне нет”, - запротестовала жена, - “Я в поездах не любила ездить”.

    И пока она пыталась объяснить своё негативное отношение к неповоротливому монстру - к Министерству путей и сообщений, Гришка в результате должной настойчивости завладел рюмкой. Он радостно заулыбался, быстро плеснул себе коньячку, лихо выпил и даже успел махнуть мне рукой… давай мол, Игоряня пей, пока рюмку не забрали - не теряй времени. Я немедленно поддержал товарища.

    Мы выпили, пожевали “свои лимончики” и довольный Гришка стал успокаивать Лапочку: “Ирочка, всё будет хорошо. Ты даже не сомневайся. А для большего комфорта возьми с собой всё, что тебе необходимо: подушечку, матрасик, одеялко, простыночку, полотенчико, ночнушечку и ещё множество своих любимых мелочей, которые тебе будут нужны… даже можешь взять своего любимого “Тедди Беара”.

    “Мой “Тедди Беар” и так со мной поплывёт”, - указав на меня, отвечала Лапочка, немного успокаиваясь, заворожённая ласковой речью пройдохи Гришки.

    “Он пойдёт с тобой, Иришенька, или составит тебе компанию”, - продолжал петь Гришка, не забывая подливать себе “коньячевского”, - “Я уже объяснял твоему мужу, что это только г… плавает в прорубе, a настоящие моряки ходят”.

    “Настоящие моряки может, и ходят…”, - ехидно заулыбалась Лапочка, но фразы не закончила, а предложила: “Может вам ещё закусочки подрезать, морячки?”.

    “Конечно, Лапочка, конечно”, - спохватился я, - “Мы с Григорием Исааковичем обсудили далеко не все морские вопросы”.

    “Ну, ну…”, - уже во весь голос засмеялась моя жёнушка, и принялась готовить салат.

    Гришка вскоре свалил, но свой гнусный след оставил, и отыскался его след в огромной горе мелочей, которые Лапочка заботливо приготовила для круиза - для своего комфортабельного круиза.

    “Лапочка, часть твоих вещей не влезает в машину”, - я обратился к жене, когда она выглянула из дверей, чтобы удостовериться, что я загружаю машину, а не разглядываю чёрного каркающего “буревестника”, - “Ты не могла бы немного…”.

    Но закончить фразу мне не позволили.

    “Нет. Твой дружок сказал, что на вашем “белом пароходе” места много и я могу брать всё, что хочу. Вот я и беру”, - совершенно спокойно ответила жёнушка.

    “Да, но четыре подушки… два матраса… два спальника. Тебе не кажется, что спальник - это тот же матрас”, - попытался возразить я, - “Вспомни, что в поезде…”.

    “В поезде матрасы были ужасные, а про подушки я даже и не говорю”, - в это утро Лапочка определённо не давала мне высказаться, - “Скажи спасибо, что я согласилась на этот авантюрный поход и если мне не будет комфортно, вообще не поеду”.

    “Хорошо, хорошо. Попробую уложить”, - засуетился я, - “Не волнуйся, дорогая. Через 10 минут будет всё готово. Матрасы уже практически залезли…”.

    “Ну, вот и отлично, я и не сомневалась в твоих способностях”, - Лапочка одарила меня загадочной улыбкой Чеширского кота и захлопнула дверь.

    А я, призвав на помощь всё своё умение упаковщика, ринулся в атаку на матрасы. Матрасы прогнулись, я усилил напор… и вот она долгожданная победа - всё влезло.

    Вскоре я докладывал своей жене: “Всё уложено, госпожа капитанша, можно сниматься с якоря”.

    Лапочка лихо взяла “под козырёк” своей очаровательной шляпки и скомандовала: “Отлично, господин старший помощник. Хвалю за проделанную работу. Теперь по-традиции присядем “на дорожку”… всего только на минутку… и после этого – “полный вперёд”.

    Недолгая минута ожидания прошла, затем негромко хлопнули дверцы машины и мы вырулили на дорогу.

    Вдруг откуда-то сбоку налетел “весёлый ветер” - явно “буревестник” накаркал.

    Ветер шуганул тяжело сидевшую на дереве птицу, колыхнул “вяло-висевший” на соседском флагштоке американский флаг, пропел нам популярную детскую песню Лебедева-Кумача – “… про звериный запутанный след, про шорохи ночные, про мускулы стальные, про радость боевых побед…” и, раскидывая опавшие листья, рванул по дороге в сторону Сакраменто. А мы в свою очередь газанули вслед за ним… Кто быстрее - мы или он?

    продолжение следует...

  8. Эти 6 пользователи сказали Спасибо Прораб за это сообщение::

    dekma (08.11.2011), nazik (10.11.2011), RonX (12.11.2011), seaeagle (06.01.2012), Steel Wolf (13.11.2011), ziv (17.11.2011)

  9. #36
    Новичок Аватар для dekma
    Регистрация
    27.07.2011
    Сообщений
    22
    Спасибо
    128
    Сказали 17 раз в 5 постах

    Re: Прорабская

    Интересно пишите! Где же продолжение?
    "Хочешь идти быстро - иди один. Хочешь идти далеко - пойдем вместе"

  10. #37
    Резидент
    Регистрация
    27.10.2011
    Адрес
    California
    Сообщений
    92
    Спасибо
    0
    Сказали 629 раз в 77 постах

    Re: Прорабская

    Цитата Сообщение от dekma Посмотреть сообщение
    Интересно пишите! Где же продолжение?
    Глава 5. “Путь к причалу”
    (К известному советскому кинофильму никакого отношения не имеет)


    Два часа по стремительным фривеям наперегонки с ветром - и высотные башни городского центра Сакраменто, столицы золотого штата Калифорния, закрыли горизонт.

    “На следующем выходе уходим с фривея”, - Лапочка сверкнула недремлющим глазом штурмана.

    Я кивнул и уверенно повернул на местную дорогу. Медленные “просёлочные” полчаса и вот уже долгожданная “Марина” - огромная пойма реки Сакраменто.

    За окном машины замелькали маленькие посёлки на сотню жителей, симпатичные домики-коттеджи, одиноко стоящие на берегу, многочисленные длинные причалы с всевозможными лодками и катерами и воздух, густой насыщенный воздух, удивительно пахнущий морской свежестью.

    “А ты знаешь, Лапочка”, - я решил блеснуть знаниями юного калифорнийца-краеведа, - “Что мы сейчас проехали знаменитое место, где простой, безвестный прораб вошёл в мировую историю?”.

    “Ты имеешь в виду себя, знаменитого прораба Bay Area?”, - пошутила жёнушка, - “И когда мы поедем обратно, благодарные аборигены уже успеют установить памятную стелу с надписью: “Здесь проезжал Прораб, автор бессмертных мемуаров?”.

    “Со стелой, кстати, гораздо проще. Я сам могу её поставить, и сделать это гораздо быстрее, чем ты думаешь. У меня есть одна знакомая Стелла, племянница нашего Максима… ей, кстати, очень нравятся мои рассказы”, - я стал отбиваться, - “Каждый может обидеть Художника, но правда всегда восторжествует. И я не про себя… мне слава не нужна - история всё расставит по местам, я про американского прораба Маршалла. Ведь это именно здесь он по заданию хозяина, Джона Саттера, искал место, где можно было бы поставить лесопилку с водяной мельницей. Место такое он вскоре нашёл и стал сооружать лесопилку всеми своими ударными капиталистическими методами. А пока сооружал, определил, что ручей, который должен был вращать колесо пилорамы, немного мелковат. Рабочие стали углублять мельничные канавки, а Маршал вдруг заметил на песке какие-то ярко-жёлтые блёстки, сверкавшие в солнечных лучах. Он отнёс их хозяину лесопилки - и всё… вот оно золото, “бери - не-хочу”. Ну, и впоследствии этой находки - знаменитая калифорнийская “золотая лихорадка”.

    И помолчал немного, я добавил: “Вот так простой случай может помочь попасть в историю, а тут…”.

    “Ты что, дорогой, хочешь остановиться и начать мыть золото? A намыв немного золотишка, попасть в историю, нo тoлькo в полицейскую? Если ты очень этого хочешь, пожалуйста, я не буду возражать”, - Лапочка хитро заулыбалась.

    “Нет, нет”, - я поспешил возразить, - “Исторический экскурс в “золотую лихорадку” ни имеет никакого отношения к круизу на хаузботе. Планов “громадьё” мы не меняем. Да к тому же, судя по мелькнувшему дорожному знаку, наше сухопутное путешествие подходит к концу. Кажется, что мы приехали”.

    И действительно, следующие один за другим указатели уже через 10 минут вывели нас к причалу, где у деревянных пирсов в относительном покое покачивались белые прямоугольные посудины.

    “Какие-то они странные - эти штуки, а ты уверен…?”, - Лапочка вопросительно взглянула на меня, но фразы закончить не успела.

    Я сам постарался прервать начинающую серию вопросов. Уж очень хорошо знал свою жёнушка и прекрасно понимал, что может последовать за столь наивным вопросом.

    “Конечно, конечно, дорогая”, - уверенно ответил я, - “Это самые настоящие хаузботы. Экстра класс! Посмотри, как они надёжно и величаво смотрятся на воде. Настоящая мечта моряка. Не каждый может позволить себе поплавать на таком чуде”.

    Жена скептически усмехнулась и уточнила: “Жалко, что здесь нет твоего Гришки. Он бы тебе популярно объяснил - кто плавает, а кто ходит…”, - Лапочка уже смеялась и вопросов больше не задавала.

    Она поправила свою изящную шляпку, очень отдалённо напоминающую капитанскую фуражку и стала набирать телефонный номер на своём мобильном телефоне.

    Вскоре я услышал: “Ну и где же вы, Григорий Исаакович? Мы на месте, а вы? Подходите к нам или ещё плывёте… в проруби?”.

    Глава 6. “На погрузку становись!”
    (“На зарядку становись!” “Более 1000 человек в Перми начали День физкультурника в едином спортивном порыве”… газета "Провинция")


    Прошло не более полчаса, и старший матрос Григорий Исаaкович вместе со своей новой пассией, высокой девушкой с испуганным взглядом, появился на пирсе.

    Девушка соответствовала Гришкиным стандартам – “хорошего человека должно быть много”, а сам Гришка в который раз подтвердил своё удивительное качество - всегда появляться во-время. Вот и теперь его появление совпало с полным сбором всей “хаузботной” команды. Очевидно, неукротимый Григорий посылал какие-то никому не известные флюиды. Их никто не видел, но все чувствовали. Но осмыслить до конца уникальный Гришкин феномен не получилось. Моё внимание отвлёк подходящий к пирсу ещё один хаузбот.

    Хаузбот торжественно замер на причале, a Гришка довольно зарокотал: “Это наш! Это наш красавец. Точно по графику и очень вовремя”.

    Затем Григорий Исаакович принял торжественную позу - он очевидно вообразил себя гениальным адмиралом Нельсоном и страшным голосом отдал команду: “Всем грузиться”, при этом замахав руками как взбесившаяся мельница.

    Те, кто не знали Гришку в испуге стали напряжённо оглядываться, не началась ли пиратская атака, благо Американский народ только что посмотрел художественный фильм “Пираты Карибии” и ещё находился под впечатлением Голливудского шедевра, а мы хорошо знавшие нашего героя не удивились, a похватав стоявшие в сторонке грузовые тележки, принялись за работу. Погрузка началась…

    Пока я разгружал машину, одновременно нагружая тележку, моя жена поступила мудрее. Женщины иногда могут так поступать. Хотя, если их спросить, почему они так поступили, получить вразумительный ответ вряд удастся. Они или “загадочно-молча” на тебя посмотрят – “вот, мол, козёл - ничего не понимает” или удивлённо ответят – “это же элементарно, Ватсон”.

    Oбъяснений этому нет, не было и никогда не будет. Не во власти женщин конкретные объяснения. Бывают, конечно, исключения, их все знают: Клеопатра… Мария Кюри… Софья Ковалевская… Мать Тереза… Но сейчас мы не об этом, не о роли женщины в Мировой истории… прервёмся в перечислении столь славных имён.

    Итак, моя жена поступила очень мудро. Мы, похожие на навьюченных ослов, ещё мчались с нагруженными тележками на перегонки по нагретому причалу, а Лапочка уже определяла какая из хаузботной “полки-кровати” ей больше нравится. И когда, обогнав на повороте пару “членов” нашего экипажа, я, вторым номером, успешно зарулил на палубу хаузбота, выбор уже был сделан.

    “Вот эта”, - определила жёнушка, - “Вот эта мне нравится”, - и она решительно застучала ладонью руки по выбранной корабельной койке, столбя свою территорию.

    “Отличный выбор, дорогая”, - уверенно произнёс я, пряча свой разочарованный взгляд, - “Ты, молодец. Прямо в десятку попала”.

    Жена довольно улыбалась. Она явно не поняла, о чём я подумал, глядя на выбранную кровать второго яруса. А дело могло запахнуть керосином и надо было срочно чем-то занять Лапочку до отплытия хаузбота, так как в порядке соревнования за обладание лучшей “койки-места” она не обратила внимание на одну маленькую деталь.

    Место, которое в причальной гоночной суете было выбрано Лапочкой, мне совершенно чётко напоминало плацкартную полку в далеко не люксовском вагоне, в так нелюбимом моей жёнушкой советском поезде.

    Процесс осмысления сего факта ещё не начался, но это было только делом времени. И мне было необходимо этот процесс срочно пресечь в самом зародыше. А вот когда отдадут швартовые, когда наш хаузбот двинется в путешествие и силуэт причала растает позади, вот тогда этот процесс осмысления можно будет начать, или как сказал бы наш уважаемый Михаил Сергеевич – “на’чать”… вот тогда будет можно, а сейчас никак “низзя”.

    продолжение следует...

  11. Эти 6 пользователи сказали Спасибо Прораб за это сообщение::

    dekma (11.11.2011), nazik (10.11.2011), RonX (12.11.2011), seaeagle (06.01.2012), Steel Wolf (13.11.2011), ziv (17.11.2011)

  12. #38
    Резидент
    Регистрация
    27.10.2011
    Адрес
    California
    Сообщений
    92
    Спасибо
    0
    Сказали 629 раз в 77 постах

    Re: Прорабская

    Глава 7. “Тронулись…”
    (В хорошем смысле этого слова)


    Вскоре погрузо-разгрузочная суматоха стихла. Народ побросал вещи на выбранные полки и сгруппировался на корме.

    “Капитаном будет Семён”, - протрубил старший матрос Григорий Исаакович и, указав рукой на невысокого, кудрявого черноволосого парня, одетого в тельняшку, добавил, - “Он потянет… Я точно знаю”.

    Парень снял с головы настоящую капитанскую фуражку, украшенную блестящим “морским крабом”, пригладил непокорные кудри и коротко представился: “Семён”, а затем скромно добавил: “Я закончил Одесскую мореходку по классу судовождения - с хаузботом справлюсь”.

    Слово “мореходка” – “мореходное училище” - внушало уважение. Все почтительно скрестили взгляды на новом капитане, а тот, почувствовав всенародную поддержку, перестал сутулиться и уверенно схватился за штурвал. Семён крепко сжал штурвал, покрутил его в разные стороны - члены команды продолжали почтительно глядеть на назначенного капитана. А когда достойный представитель мореходки удостоверился, что никто не претендует ни на штурвал, ни на капитанское место, последовала команда: “По местам стоять, с якоря сниматься”.

    Народ опешил. Капитан умудрился одной фразой сразу всех запутать.

    “А как это можно одновременно - и стоять, и сниматься?”, - я выразил молчаливое мнение команды, - “может что-нибудь одно?”.

    “Повторяю”, - Семён явно входил во вкус, - “надо занять свои места, всё проверить и после этого сниматься с якоря”.

    “Кстати о якоре”, - слово взяла член команды, Оленька, невысокая полненькая женщина, с большими карими глазами, - “если мы потеряем якорь, что, иногда, случается с неопытными капитанами, то с нас слупят 300 баксов. Это я просто так, для информации”.

    Команда явно избавлялась от иллюзий.

    Бунт надо было пресекать в самом начале. Этот всем известный факт Гришка тоже хорошо знал: “Народ - отставить разговорчики. Проверяем горючку, жилеты, весла и вперёд с божьей помощью”.

    Народ засуетился, оставил в покое вцепившегося в штурвал Семёна и занялся делом. Бензобаки были проверены, спасательные жилеты посчитаны, продукты разгружены. Над проверкой вёсел команда скромно похихикала…

    Звук мотора заставил всех вздрогнуть, это капитан Семён уверенно запускал двигатель.

    Я занимался делом, которое хорошо знал - подсчитывал бутылки со спиртным, чтобы быть уверенным, что в ближайшее время не придётся бежать к таксистам, что иногда мы делали в далёкой юности, да и где их найдёшь в пойме реки Сакраменто.

    Лапочка прервала процесс, тронув меня за руку: “Ты знаешь, что Ольга на крыше палатку поставила, и там спать собирается? Пойдем, посмотрим…”.

    И действительно, на крыше хаузбота, Ольга и её муж, Яша, профессионально натянули палатку и обустраивались. Просторная палатка, с сетчатыми окошками, на плоской крыше смотрелась очень классно. А судя по счастливым лицам её обладателей, она была ещё и довольно комфортабельна. Хозяйственный Яша стелил многочисленные одеяла, а Ольга блаженно улыбалась. Она игриво подмигнула нам: “Если что, милости просим к нашему шалашу”.

    “Спасибо за приглашение. Вы самые умные! Свежий воздух, простор - это то, что доктор прописал”, - я закивал головой, согласился и хотел уже спуститься вниз, но Лапочка задумалась: “а если ветер дунет? “Ветер, ветер, он могуч… Он гоняет стаи туч”, а тут одна палатка, и это ничего, что Яша парень далеко не худенький… запросто улетит”.

    “Мы здесь в круизе, чтобы расслабиться и отдохнуть, а не для того, чтобы Яшу ловить. Он не бабочка, а я не сачок. В крайнем случае, если случится буря, его можно будет к крыше привязать. Ну, а если верёвка не выдержит”, - мои возражения были убийственны, - “То пускай наш друг Яша летит куда хочет. Hапример, как фанера над Парижем…”

    Я решительно взял жену за руку и стал спускаться вниз. Лапочка пожала плечами, не хочешь - не лови, и последовала за мной.

    Но как только мы спустились с крыши по невысокой лесенке, возникло непреодолимое препятствие. Аркадий, один из членов команды заблокировал дверь в кают-компанию. Длинный и худой как палка Аркадий, при всём своём желании не смог бы это сделать, но надутый им матрас не упустил такой возможности.

    Нарядный, в ярко сине-красную полоску, матрас заклинил узкую дверь. Часть команды во главе с Гришкой рвалась на палубу подышать чистым воздухом речной поймы, а другая часть, возглавляемая мной и Лапочкой, пыталась протиснуться в кают-компанию.

    “Какого хрена ты его надул?”, - орал Гришка, пытаясь вырвать хорошо накаченный матрас из двери.

    Матрас трещал, но не сдавался.

    “Поосторожней”, - шипел Аркадий, - “Это матрас. Mне на нём ещё весь поход спать”.

    “Так вот и надо было надувать его на полке, а не в дверях. Никто, стоя не спит, это - лошадиная прерогатива”, - дискутировал Гришка, великий знаток не только морского искусства, но и лошадиных повадок, - “убирай его к чёртовой матери. Мы пройти не можем”.

    Гришка продолжал орать, Аркадий продолжал шипеть, а мы, перестав рваться в кают-компанию, валялись на палубе от хохота, видя реальный театр двух актеров с одним надутым матрасом.

    Аркадий приехал в Америку двадцать лет назад, и должен был уже пройди сложный адаптационный процесс растворения в реальной действительности Американского плавильного котла, но, судя по застрявшему в дверях матрасу, свой путь ассимиляции прошёл не до конца. Непотопляемое резиновое чудовище наглядно это демонстрировало.

    “В туалете воды нет”, - громкий крик привлёк всеобщее внимание.

    Глаза команды, перестав разглядывать злощасный матрас переместились на заднюю палубу, откуда раздавались крики, - “Эй, капитан хренов, воду включи”.

    Я бы узнал этот голос из тысячи. Так кричать мог только мой боевой товарищ Михаил.

    “А что ты там делаешь?”, - вопрос капитана насторожил команду.

    “Что в туалете делают - ты не знаешь? Тебе подсказать?”, - не сдавался Мишка, - “Но в данном случае я просто решил руки помыть, а воды нет”.

    “Ну, да”, - пошутил Гришка, - “И если в кране нет воды…”, то воду надо включить, и я даже знаю где”.

    Гришка уверенно последовал к пульту - плоской металлической коробке, висевшей на стене недалеко от штурвала. Он открыл дверцу и нажал зелёную кнопку, - “Ву а ля!” Мишаня, можешь смело продолжать тестировать туалет. Благо, что в тестировании ты профессионал. Да, и, кстати, объявляю всем правило нашего хаузбота “экономьте воду - принимайте душ вдвоём. “Ха-ха-ха”.

    Народ вяло посмеялся.

    Вскоре гомон улегся. Аркадий разобрался с матрасом, Семен закончил колупаться с двигателем, девчонки разложили коробки с продуктами по кухонным ящикам, я закончил подсчёт спиртного. Всё было готово к путешествию.

    “Тронулись”, - раздалась команда капитана Семёна, и хаузбот, урча мотором, стал медленно удаляться от причала навстречу приключениям.

    Глава 8. “И сносило меня…”
    (переделанная строчка из знаменитой песни “перемещенных лиц” – “И носило меня, как осенний листок”)


    Как выглядят речные поймы, не знают, пожалуй, только жители пустынь. Все остальные прекрасно представляют себе плоские низины, вытянутые вдоль рек. А в школе, на уроках географии, было популярно объяснено, что получаются поймы в результате блуждания речного русла по дну долины. Оставим на совести географички это не совсем понятное объяснение и “двинемся” дальше. Не в смысле “двинемся” от того – кто, как и с какой скоростью блуждает, a как говорят настоящие мореманы - пойдём в плаванье.

    В нашем случае, место для речных приключений - обширная дельта-пойма, где сливается самая длиннющая река Калифорнии “Сакраменто” с младшим братом - речкой “Сан-Хоакин”. Ну, а объединившись, водяные родственники незамедлительно и торжественно впадают в Сан-францисский залив. Короче говоря - много воды… много островков, заросших кустарником… много длинных и извилистых протоков…

    Негромко стуча мотором хаузбот двигался по направлению к выходу из протоки, с кратким названием “ 8-ая миля”, такое название красовалось на карте “Марина Сакраменто”. Отстучав положенные три мили, хаузбот повернулся и отправился в сторону “теоретического” острова Буяна – “Бу”, на котором планировался первый привал, и вокруг которого должно было пастись целое стадо непуганых осетров, и вследствие этого неоспоримого (?) факта - фантастическая осетровая рыбалка. Tак было обещано! Остров был необитаемый, но реальный, не теоретический. Tеоретически было то, что мы сможем его найти на бескрайних просторах поймы.

    Семён уверенно рулил, поглядывая в карту. Стоящий рядом, “с понтом при деле”, Аркадий, ответственным вперёдсмотрящим смотрел вперёд, а мы накрывали на стол.

    Как обычно Гришка разорялся больше всех: “Салат приготовили? Майонезу не жалей! Kолбасу режь потоньше, хирург. А где огурцы? Интересно, кто-нибудь хлеб нарежет или будем от батона откусывать?”.

    На Гришку никто не обижался. Каждый делал своё дело, и стол постепенно украшался тарелками с закуской. Вскоре всё было готово.

    “Предлагаю выпить за круиз и пожелать всем нам три фута под килем”, - торжественно провозгласил тост старший матрос Григорий Исаакович, когда вся команда расположилась за большим столом в кают-компании.

    Команда закивала головами - каждый хотел вернуться домой живым и невредимым, но тут “палаточница” Ольга поинтересовалась: “А почему три фута под килем? Я слышала, что желают - семь футов”.

    “Предлагаю выпить”, - Гришка проигнорировал “футовый вопрос” - водка остывала, но капитан Семён вопрос услышал… Как никак в мореходке учился.

    Он налил себе водочки, с удовольствием выпил, хрустнул огурцом и объяснил нам, мало информированным “салагам”: “Желать три фута под килем - это святая традиция для всех кораблей и корабелов. И равен фут примерно 30 см, что составляет длину человеческой стопы”.

    Я перебил капитана: “Ага! Теперь понятно - это ноги разные. У некоторых 3 фута, у некоторых - 7. А у Григория Исааковича так вообще нога сантиметров 50, полтора фута, явный не-стандарт”.

    “Причём здесь Гришка”, - возмутился Семён, - “просто так исторически сложилось, что у русских желали 7 футов под килем, а в Европе – 3”.

    “Ну да, у нас собственная гордость есть”, - я не сдавался - да и водочка хорошо пошла, - “и железнодорожная колея у нас другая, и календарь другой, и футов “громадьё”. Всё правильно!”.

    “Нет! Kоличество футов зависело от расположения портов. Например, в Германии они находятся в 100 км от моря, и чтобы не сесть на мель, было необходимо иметь осадку 3 фута, а у русских все порты в устьях рек. А там глубоко - вот и получилось 7 футов, и вообще…, - Семён вспомнил, что он официальный капитан, - “Гришка произнёс тост, а я хочу добавить - за удачу, за достаточную глубину под килем, за хороший отдых”.

    “А как быть с другим морским традиционным пожеланием”, - Аркадий дождался общего внимания и выдал: “по древнему морскому поверью - якорь тебе в жопу! Это плохая примета? Или можно проскочить?”.

    “Куда проскочить?”, - Гришка громко засопел, - “Ты, Аркаша, якорь с матрасом перепутал. Kстати, куда ты его дел?”.

    Я не выдержал: “Григорий Исаакович, что ты имеешь ввиду - якорь или матрас? Матрас Аркадия я видел, он на полке лежит, а вот якоря не наблюдается”.

    “А про якорь я уже говорила”, - Ольга смеялась громче всех, - “за его потерю - 300 баксов”.

    В кают-компании гремел смех. Народ активно выпивал, закусывал, весело шутил. Всё было хорошо, но вдруг наступила тишина. Вернее не тишина… обнаружить в таком гвалте за столом её было невозможно - прекратилось ритмичное постукивание корабельного движка.

    “Не понял?”, - удивился Гришка, - “Сёма, ты, что горючку экономишь? Это делать не следует. У нас с бензином всё в порядке”.

    Семён не отвечал, a только беззвучно открывал и закрывал рот. И вот тут наступила настоящая тишина. А пока команда безмолвно взирала на бледного капитана, с левого борта нарисовались высоченные опоры моста, куда медленно дрейфовал красавец хаузбот.

    “Эй, people”, - осторожно, по-английски, высказался Яша, муж Ольги. Он практически не пил, и поэтому заволновался больше всех, - “Нас несет на опоры моста, и может запросто долбануть, а это в круиз не входит. Надо что-то срочно предпринимать”.

    Капитан Семён очнулся от шока заглохшего двигателя. Он крутанулся по передней палубе и нажал кнопку сброса якоря. Якорная лебедка заработала, и якорь с шумом ушёл под воду. Хаузбот остановился на несколько секунд, дернулся и вновь преспокойно стал перемещаться к опорам.

    Команда стремительно трезвела.

    “Всем надеть спасательные жилеты. И без паники - тут не глубоко”, - орали одновременно Гришка и Семён.

    Народ заметался по палубе, спешно натягивая оранжевые жилеты-безрукавки, которые раньше видели только в кинофильмах о кораблекрушениях.

    “Ничего страшного”, - все успокаивали друг друга, - “скорость маленькая, и удар будет не сильный. Залезем на крышу и даже ног не замочим”, - а тем временем под успокоительные речи, хаузбот неумолимо несло на мост.

    Xаузбот определился в своём выборе и “чисто конкретно” дрейфовал на крайнюю левую опору. Успокаивало только одно - она была самая маленькая из опор.

    “Надо звонить 911”, - подвывал Аркадий, проживший в Америке больше всех, - “Они помогут. У них работа такая”.

    “A что”, - согласился Гришка, - “давай звони”.

    Через пару секунд Аркадий сбивчиво орал в трубку: “Нужна помощь! Нас сносит на опору моста, и мы можем утонуть. И ещё якорь оторвало…”.

    “А я говорила”, - не удержалась Ольга и вставила свои 5 центов, - “потеря якоря это 300 баксов”.

    “Полиция не занимается спасением на воде”, - отвечали в трубке, - “Вызывайте “Coast Guard”.

    “А мы их телефон не знаем”, - продолжал лепетать в трубку Аркадий.

    Получив телефон, Аркадий перезвонил: “Алло, Coast Guard? Мы в пойме Сакраменто и у нас проблемы. Двигатель заглох. Необходима помощь! Нас сносит на опоры моста…”.

    “Уже снесло”, - вдруг выдал Семён и все заметили, что движение хаузбота остановилось.

    Оказалось, что мы застряли на площадке перед опорой. Плоскодонный хаузбот своей широкой грудью влез на каменистую насыпь и остановился. До опоры оставалось каких-то жалких 10 метров.

    “Хорошо! Всё понятно”, - Аркадий закончил разговор, - “Помощь обещали прислать в течение часа. Надо ждать”.

    “Народ”, - Гришка как обычно перехватил инициативу, - “Всё нормально. Место у нас безопасное, мы отлично припарковались - хрен, куда отсюда денемся, a скоро подойдут “гардовцы” и нас вообще отбуксируют к ближайшему пирсу. А пока предлагаю выпить, чтобы успокоить нервную систему. Кто за?”.

    “Прекрасное предложение”, - я поддержал друга, - “Нервы надо беречь. Наливай, Григорий Исаакович”.

    Мужская часть команды потянулась к рюмкам…

    продолжение следует...

  13. Эти 6 пользователи сказали Спасибо Прораб за это сообщение::

    dekma (11.11.2011), nazik (11.11.2011), RonX (12.11.2011), seaeagle (06.01.2012), Steel Wolf (13.11.2011), ziv (17.11.2011)

  14. #39
    Резидент
    Регистрация
    27.10.2011
    Адрес
    California
    Сообщений
    92
    Спасибо
    0
    Сказали 629 раз в 77 постах

    Re: Прорабская

    Глава 9. “Скорая помощь от “Coast Guards”
    (Грамотный вызов скорой помощи может существенно сократить время прибытия бригады и спасти жизнь пострадавшему - “справочник-пособие”)


    Пока мужская часть команды, во главе с капитаном успокаивала нервишки водкой и текилой, женская часть кружилась по ограниченному пространству хаузбота. Спорадически возникавшие группки сходились, расходились и не переставая, шёл обмен информацией.

    “Смотрите”, - возмущалась Ольга, - “мы почти погибаем, а эти водку жрут. И ничего их не волнует. Даже моего Яшку пристроили, а ведь он непьющий”.

    “Девчонки, a может и нам присоединиться?”, - поинтересовалась член команды, Фаина, чей муж, Славик усиленно глотал одну рюмку за другой.

    Фаина работала ассистентом юриста, эффектная фигуристая брюнетка. Её огромные, на пол-лица, черные глаза, излучали доброту, но, если хорошо присмотреться в них можно было заметить маленьких чертенят, которые могли выскочить оттуда в любой момент.

    “Что ты, Фаичка”, - отвечала моя Лапочка, - “Неизвестно, чем всё это закончится. Лично мне очень страшно”.

    “Не волнуйся. Bсё будет хорошо”, - успокаивая её Фаина, незаметно поглядывая в сторону мужского застолья, очевидно горя тайным желанием составить нам компанию, - “Хаузбот не движется, и скоро придёт помощь. Kажется, что и нам надо махнуть по чуть-чуть, чтобы успокоиться”.

    “А что!”, - согласилась жена капитана Семёна, Марина, - “Пожалуй, от рюмки текилы я тоже не откажусь”.

    Марина отличалась от всех присутствующих дам тем, что у неё практически не было багажа. В отличие от других особей женского пола, Марина заявилась на хаузбот с маленьким рюкзачком, в котором как оказалось впоследствии, была одна косметика. Очевидно, громкий титул её мужа, Семёна, капитана хаузбота, о котором выпускник Одесской мореходки давно договорился с лидером нашей группировки, Григорием Исааковичем, подействовал на неё таким странным образом. Но, невзирая на отсутствие гардероба, и спальных принадлежностей, Марина уверенно заняла место за столом и не менее уверенно подняла рюмку.

    “Ну, вот”, - засуетился Гришка, - “предлагаю выпить за присутствующих здесь дам”, - он расплылся в так хорошо мне знакомой плотоядной улыбке, чем привлёк внимание своей новой девушки, чей испуг не только не прошёл с того момента когда я увидел её на пирсе, а наоборот стал ещё больше.

    Девушка Тамара, этакая красивая полная луна, напряглась, но неожиданно ситуацию разрядил Аркадий, который выпив свою очередную, далеко не первую рюмку неожиданно запел: “Без женщин жить нельзя на свете - нет. В них солнце мая, в них любви рассвет…”.

    “Распелся, бесстыжий. Мы тут тонем, а он поёт”, - неожиданно выступила жена Аркадия, которая до этого момента вела себя совершенно спокойно. То есть очень спокойно… Она даже поразила меня своим непробиваемым спокойствием.

    Когда её муж, с матрасом застряв в дверях кают-компании и все исходили “на дерьмо”, София с непроницаемым лицом подпиливала ноготь, совершенно не реагируя на окружающую суматоху.

    Но сейчас очевидно сработала морская болезнь, и она не выдержала: “Неизвестно, чем всё это закончится, а ты… a ты, Аркаша… То же мне - ещё один Кальман нашёлся”.

    “Аркадий не Кальман, а стопроцентный – Шульман, и по паспорту, и по “косой” физиономии. И пожалуйста, Софочка, оставь в покое своего мужика”, - заступился Гришка, - “Чувак просто переживает. У всех по-разному. Одни, чтобы снять нервное напряжение могут “малёха” выпить, и даже без закуски, а другие, например, надели по два жилета, взяли в руки спасательный круг, который, кстати, один на всех, и трещат по телефону, чем засоряют эфир и нервируют остальных членов экипажа”.

    Гришка явно намекал на Светлану, жену моего товарища, Михаила Сапожникова. Красавица, Светка, пышная белокожая блондинка, сидела на диване и взволнованно, уже минут 30, что-то бубнила в телефон. Причём её шёпот был похож на змеиный свист, чем отвлекал нас от застолья. С пьяных глаз казалось, что это шипит расержаная “очкастая” кобра.

    Я заинтересовался, вышел из-за стола, подошёл поближе и услышал: “Никуся, тут такая ситуация, блин. Вопрос жизни и смерти, блин. Мы в глубокой заднице и непонятно, останемся ли мы в живых, блин. Поэтому, прошу тебя, дорогая, позаботься, пожалуйста, о моём мальчике. Ты знаешь, где у меня дома лежит страховка?”.

    Очевидно, ответ был положительный, так как Светка продолжала, - “Правильно, в верхнем ящике письменного стола. Так вот, если через четыре дня я тебе не позвоню, срочно прилетай, блин. Моему Мишке всё по-фигу, сидит и бренчит на гитаре, благо аудиторию нашёл, а тут такое творится - ты не можешь себе представить, блин”.

    Интеллигентная Светик даже стала ругаться, что было ей совсем не свойственно.

    Светка продолжала жаловаться и причитать в телефонную трубку, но, поскольку жалобы пошли уже по третьему кругу, на неё перестали обращать внимание. И под монотонный Светкин нудёж вскоре вся женская часть команды перекочевала к накрытому столу, за которым вновь загремели шутки и тосты.

    “Эй, на хаузботе”, - усиленный динамиком, громкий крик в кромешной ночи “in the middle of nowhere” всколыхнул полупьяную кают-компанию.

    “Аркаша, это ты прикалываешься?”, - спросил Гришка, но пока Аркадий, возмущённо открывал и закрывал рот, капитан Семён с воплем: - “Это Coast Guard”, - выскочил на переднюю палуба хаузбота.

    Oн замахал руками как мельница и заорал: “Мы здесь, мы здесь. Помогите!”.

    “Видим, что вы здесь. Объясните, что случилось. B чём проблема?”, - продолжал задавать вопросы металлический голос.

    Наша геройская команда - кто смог подняться с диванов и стульев кают-компании - выползла на палубу.

    “Движок загнулся. Подсунули фуфло, вот он и полетел, a бабки взяли”, - крепко держась за леерное ограждение хаузбота, возмущённо начал объясняться старший матрос Григорий Исаакович, - “И прошли-то всего ничего…”.

    “Такое случается”, - успокаивали с борта “Скорой помощи”, - “Сейчас у нас нет возможности починить двигатель. Поэтому мы отбуксируем вас в спокойное место - тут недалеко. А утром позвоните в контору, где вы рентанули хаузбот и они пришлют механика. Устраивайтесь по удобней - начинаем снимать вас с мели”, - металлический голос умолк.

    “Да это не мель, а как раз наоборот…”, - начала свои комментарии Ольга, но закончить фразу не успела.

    Гардовцы закрепили канаты, мы судорожно схватились за всё, что казалось неподвижным и замерли. Раздался рывок, затем второй - и хаузбот также как и аккуратно заполз на каменистую площадку, также аккуратно и слез с неё.

    Мощные моторы катера зашумели на полную мощность, и, стащив хаузбот, “Скорая помощь”, развернувшись на 90 градусов, потащила нас навстречу новым приключениям.

    продолжение следует...
    Последний раз редактировалось Прораб; 11.11.2011 в 14:16.

  15. Эти 5 пользователи сказали Спасибо Прораб за это сообщение::

    nazik (15.11.2011), RonX (12.11.2011), seaeagle (06.01.2012), Steel Wolf (13.11.2011), ziv (17.11.2011)

  16. #40
    Резидент
    Регистрация
    27.10.2011
    Адрес
    California
    Сообщений
    92
    Спасибо
    0
    Сказали 629 раз в 77 постах

    Re: Прорабская

    Booking.com
    Глава 10. “Таки да, мы нашли “чудо-остров”. По-ве-зло!”

    (“Весь покрытый зеленью, абсолютно весь, остров Невезения в океане есть”
    Песня из к/ф “Бриллиантовая Рука”)


    Тут, тук, тук”, - в сон неожиданно ворвался звук ударов и я проснулся.

    Oткрыл глаза, повертел головой… К удивлению, стук не исчез. Отгоняя остатки сна, прислушался повнимательнее. Кто-то совершенно реально стучал по полке – “тук, тук, тук”. Я раздвинул занавески, которыми на хаузботе пытались создать “личное и неприкосновенное пространство” и посмотрел вниз, хотя уже имел смутные догадки.

    “Да, я подумал правильно”, - любимая Лапочка методично, с завидным постоянством, сжатым кулачком колотила в полку, - “Вставай, муженёк. Петушок пропел давно”.

    Я сполз с полки, поцеловал Лапочку… и всё вспомнил.

    Славная команда хаузбота избежала бесславное кораблекрушение. Мы были спасены мужественным Coast Guard. Их катер пришвартовал нас к очередному пирсу, на этот раз “17- ая миля”, и под дружественное полупьяное “Ура! Спасибо!”, а орали мы очень выразительно, “Скорая помощь” благополучно отвалила на помощь другим “горе-мореплавателям”.

    Воспоминания пришли и ушли, спасённый хаузбот был надёжно пришпилен к пирсу, a я вышел на палубу. Команда расслаблялась. Мужики загорали на солнышке и попивали пивко, а женская часть команды прогуливалась по пирсу.

    Очевидно, пока я спал, Гришка позвонил в штаб-квартиру хаузботов, вставил им хороший пистон, и они прислали механика, так как защитный кожух с мотора хаузбота был снят, и в моторе ковырялся мужик в фирменном комбинезоне, вокруг которого наш капитан Семён нарезал неправильные круги.

    “Ну, что?”, - поинтересовался я у Семёна, который - как ему казалась - очень внимательно контролировал работу механика, - “Когда будет всё закончено?”.

    “Самое интересное”, - отвечал наш капитан, косясь на мотор, - “Полетел коленвал движка. Никогда бы не подумал, что такое может быть, но, что ещё интереснее, у механика в катере есть все необходимые запчасти. Он практически уже заканчивает…”.

    И действительно, механик закончил ремонт, запустил двигатель, одобрительно покачал головой, заставил Гришку подписать какую-то бумажку, распрощался и отбыл. Дело было сделано…

    “И так, народ, отходим. Направление - остров Буян”, - “Иерихонской” трубой затрубил Гришка, под одобрительные гримасы Семёна, - “Как говорит наш капитан - “С якоря сниматься, по местам стоять. Эй, на румбе, румбе, румбе, так держать. Дьяволу морскому возьмём бочонок рому… ”.

    “Эй, моряк! Песенник ты наш…”, - раздался с крыши хаузбота голос неугомонной Ольги, - “Надо бы команду пересчитать. Все ли на месте? А то так бывает, у начинающих капитанов, они то - якоря теряют, то - людей. Вот, например, где Миша со Светой? Я их не вижу”.

    “А как ты можешь их видеть, если на крыше сидишь”, - отозвался вечный оппозиционер, Аркадий, - “B данном случае “высоко сижу, далеко гляжу” - не работает, “Машенька” ты моя. А Светка с Михаилом ещё вчера ночью свалили. Я сам помогал им в лодку садиться. Так что мы их вычёркиваем и отходим. Tы, Григорий Исaакович, правильно “гуторишь” - вперёд и с песней”.

    “Подождите”, - запротестовал я, - “Как это Мишка свалил? Не понял?”.

    “Спать надо меньше”, - не успокаивался Аркадий, - “Мишка, кстати, просил тебя после круиза привезти их личные вещи, так как они с собой их не взяли. Лодка была маленькая”.

    Словесная перепалка закончилась. Семён вцепился в руль и включил исправленный двигатель, Аркадий, “непотопляемым вперёдсмотрящим”, стал рядом, a Гришка откупорил очередную бутылку пива. Через минуту хаузбот осторожно двинулся вглубь протоки “17- я миля”.

    Моя грусть о свалившем члене команды – “друге-дезертире” никого не волновала. Впереди был таинственный остров Буян с несметной стаей ручных осетров.

    Кстати, когда после круиза, я привёз Мишкины вещи, то за бутылочкой вина, он поведал мне леденящую кровь историю побега с хаузбота.

    “Вы ещё продолжали бухать”, - рассказывал Мишка, предварительно плотно затворив дверь в кабинет, куда мы переместились допивать винцо, - “а Светка, вытащив меня на палубу, предъявила ультиматум: или мы немедленно уезжаем, и черт с ними, с уплаченными деньгами за круиз, или она за себя не ручается. Подобное авральное приключение может случиться в любую минуту и так, по-дурацки, погибать она не намерена”.

    “Ты же знаешь”, - продолжал Мишаня, - “Если ей что-то в голову втемяшится, ничего уже не сделаешь. Светка как тяжёлый танк - остановить её можно только какой-нибудь ядерной противотанковой ракетой, а поскольку в моём арсенале ничего подобного не имелось, то и особых возражений с моей стороны не последовало”.

    “Короче говоря, когда нас гардовцы пришвартовали к пирсу, Светка тут же нашла какого-то мужика с лодкой и попросила его отвезти нас туда, откуда мы начали своё путешествие, на “8-ю милю”. Мужик собирался в ту же сторону. Он особо не возражал, согласился, даже денег не взял, только предупредил, что лодка небольшая и дополнительного места для вещей нет. Ну, нет, так нет. Для Светки главное было побыстрее свалить с этого чёртового хаузбота.

    Лодка действительно была небольшая, “один в один” - плоскодонное корыто, но с рулём, с мотором - всё как полагается. Мы уселись на заднее сиденье, мужик впереди за рулём, и вроде бы всё нормально… Потихоньку отвалили от причала, и тут мужик нажал какую-ту кнопку на передней панели. Мотор заревел как бешеный, нос лодки задрался градусов на 50 и это корыто “космической ракетой” полетело вперёд. Вот это был прикол. Ты не можешь себе представить.

    Борт лодки возвышался над водой сантиметров на пять, а может и того меньше. Во всяком случае, казалось, что нас не заливало только потому, что мы как ненормальные летели к “родимой 8-й миле”. И если бы остановились, то был бы вопрос - что раньше: нос лодки опустится до нормального градуса, или её задняя часть уйдёт под воду. Рёв, грохот, брызги, а вокруг чёрная ночь и чёрная вода. Ограждения нет, соскочишь, никто и не заметит. Светка вцепилась одной рукой в скамейку, a другой рукой в меня. Хорошо, что только в колено, а если бы за другое место, то всё - трындец. Оторвала бы на хрен. После того как мы “долетели”, а по-другому этот космический марш-бросок назвать никак нельзя, я пять минут отдирал её руку от своей коленки. До сих пор синяки остались, хочешь, покажу?”, - спросил вдруг Мишка и попытался закатать штанину.

    Я его остановил, - “Не надо, верю. Лучше ещё винца налёй, больно уж история страшная”.

    Мишка закивал головой, разлил остатки вина и продолжил: “В общем, это уже конец истории. Мужик нас довёз до нужной “мили”. Нос лодки нормально опустился, задняя часть под воду не ушла. Всё было “путём”. Мы вылезли, поблагодарили нашего “лётчика” и бегом к машине. Практически за час с ненормальной скоростью домчались домой. “Летать так, летать, гулять так, гулять”. Хорошо, что на гаишников не нарвались, а то бы ещё и на штраф попали. A Светка до сих пор со мной сквозь зубы разговаривает”, - Мишка опасливо оглянулся на закрытую дверь, и достал из шкафа ещё одну бутылку вина.

    “Да”, - подумал я, - “плоскодонный хаузбот намного лучше плоскодонной лодки”, - и, видя как Мишка, прихрамывая, пошел на кухню за штопором, уточнил, - “и намного безопаснее”.

    “Земля! Земля!”, - раздалался оглушительный крик нашего вперёдсмотрящего.

    Аркадий умудрился в двух словах, в отчаянном крике простого матроса после долгого, утомительного плаванья и страстных исканий по чужим морям, выдать истинную радость виднеющемуся берегу.

    Ницше был совершенно правильно – “Наихудшая гавань всегда безмерна лучше, чем блуждание и возвращение в безнадежную, скептическую бесконечность”.

    Команда хаузбота выбежала на палубу. И действительно, прямо по курсу, в каких-нибудь 100 метрах от борта, во всей красе зеленел остров, на котором какие-то шутники вкопали высокий деревянный столб, где на куске фанеры, на русском языке, несмывающейся краской было написано – “Остров Буян. Вход свободный”.

    Таки да, таки мы нашли его, блин!

    продолжение следует...

  17. Эти 7 пользователи сказали Спасибо Прораб за это сообщение::

    dekma (13.11.2011), Kontrabas (13.11.2011), nazik (15.11.2011), RonX (12.11.2011), seaeagle (06.01.2012), Steel Wolf (13.11.2011), ziv (17.11.2011)


LinkBacks (?)

Информация о теме

Пользователи, просматривающие эту тему

Эту тему просматривают: 1 (пользователей: 0 , гостей: 1)

Visitors found this page by searching for:

рассказы Прораба

Социальные закладки

Социальные закладки

Ваши права

  • Вы не можете создавать новые темы
  • Вы не можете отвечать в темах
  • Вы не можете прикреплять вложения
  • Вы не можете редактировать свои сообщения
  •  

Форум "Говорим про Америку"
Форум "Говорим про Америку" Facebook